Записки о западных странах [эпохи] великой Тан

«Записки о Западных странах [эпохи] Великой Тан» («Да Тан си юй цзи») были составлены китайским буддистом Сюань-цзаном после путешествия в Индию, совершенного в 629-645 гг. Целью его паломничества было не только посещение святых мест буддизма - перед ним, как и перед другими монахами-паломниками, отправлявшимися в Индию, стояла задача приобретения буддийских текстов и обучения в индийских монастырях.

Буддийская культура Китая, в сфере которой развивалась деятельность Сюань-цзана, имела уже длительную историю, восходившую к I в. н.э. К этому времени относила проникновение буддизма в Китай сама буддийская традиция, в которой была популярна легенда о чудесном сне ханьского императора Мин-ди, увидевшего сияющую фигуру Будды. К тому же веку относятся первые упоминания о китайских буддистах - мирянах и монахах - в источниках [Zurcher 2007: 19-22]. Первый период распространения буддизма в Китае был связан с деятельностью проповедников, приходивших из «Западного Края» - культурных центров Средней Азии, главным образом Бактрии и Согдианы. Миссионерское движение из Средней Азии через Восточный Туркестан и далее к городским центрам китайской цивилизации было обусловлено формированием Шелкового пути и всей предшествующей историей развития этого региона, создавшей возможность активного культурного обмена. Начиная с создания эллинистических государств, Бактрийского царства и индо-греческих государственных образований складывается историко-культурная ситуация, способствовавшая «проницаемости» культуры, воспринимавшей и западные влияния, исходившие из античного миpa, и юго-восточные, исходившие из Индии. Становление Кушанской империи, охватывавшей обширные территории Центральной и Средней Азии, а также Северо-Западной Индии, способствовало продолжению этого процесса; именно к этому периоду относится начало бурного развития буддизма в этих областях [Puri 2007: 100- 101], когда складываются свои традиции монастырской жизни, культовой архитектуры, скульптуры и живописи, активно передается текстовая традиция. Многолетние археологические исследования буддийских монастырей древней Бактрии или Бамиана, а также изучение центральноазиатских буддийских текстов создали целые направления в археологии и текстологии. Реализация такой возможности для распространения буддизма была обеспечена политической историей региона и созданием крупных государств, вместе с тем она зависела и от тех потенций, которые были заложены изначально в самом буддийском вероучении, рассматривавшем бытие буддийской дхармы (dharma, фо-фа *** - «учение Будды», «закон Будды») как продолжающееся во времени «вращение колеса», осваивающего все новые пространства. Соответственно, проповедническая деятельность расценивалась как исполнение этого предназначения и большая религиозная заслуга [Александрова 2008: 85-86, 110]. Благодаря всей сумме этих исторических факторов произошло сложение той длинной цепи буддийских монастырей, по которой передвигались проповедники, - из Индии в Бамиан, Балх, Термез и далее в Среднюю Азию, а затем из этих областей в восточную сторону, в Китай. На этом последнем отрезке пути немаловажную роль сыграла и внешнеполитическая активность китайских правителей, направленная на освоение Западного Края (Си юй), под которым понимались как территории современного Синьцзяна, так и области, находившиеся на пути далее к западу до Бактрии и Согдианы; в это же понятие вошли и те страны, куда можно было попасть по ответвлениям этого пути на юг или юго-восток, включая Индию. В Западный Край направлялись официальные китайские посланники, писавшие отчеты о посещенных областях, где давали подробную информацию, необходимую для установления торговых или дипломатических отношений, ведения войны. Торговые отношения со странами Западного Края не только позволяли китайской аристократии наслаждаться иноземными вещицами, фруктами или получать дорогих среднеазиатских коней [Шефер 1981], но и создавали притягательные образы «западной» культуры, в которой немаловажное место занимало и новое, пришедшее с запада вероучение, представавшее в лице индийского или бактрийского монаха-проповедника.