Замуж за колдуна, или Любовь не предлагать (СИ)

— Леди Ариас, — объявил дворецкий, сосредоточенно роясь в своих заметках. Не обнаружив в них того, кого искал, нейтрально продолжил: — со спутником.

Взгляды гостей, ещё не успевших переместиться из холла в бальный зал, обратились к нам. Чего только ни читалось в этих взглядах: осуждение, зависть, любопытство.

Стоит признать, на все эти чувства высший свет Хальдора имел право.

Во-первых, меня было за что осуждать. Чтобы леди явилась на светское мероприятие с любовником — нонсенс! В своё оправдание могу сказать, что у меня нет ни мужа, ни близких мужчин-родственников, а являться на свадьбу Кристофера де Грейстока в одиночку… Не дождётся.

Во-вторых, повод для зависти тоже имелся. Джентльмен, которого я держала под руку, Шон Купер, являлся ярким образчиком мужественной красоты и сексуальности. А других я себе в партнёры не выбираю. К своей собственной внешности тоже претензий не имею: сероглазая брюнетка с идеальной фигурой, красоту которой подчёркивало нарядное платье цвета шампанского и длинные до локтей атласные перчатки. Довершал утончённый образ бриллиант прямоугольной формы в оправе из белого золота.

Сама купила — сама и ношу, хоть все и решат, что этот кулон я получила от какого-нибудь благодетеля. Ну и хорд с ними.

Заметив счастливую невесту, без пяти минут леди де Грейсток, почувствовала укол в сердце, но быстро справилась с этим неприятным ощущением.

Ласково улыбнулась Шону, отпуская его руку, и попросила:

— Милый, принеси мне, пожалуйста, бокальчик пунша.

— Лорейн, для тебя всё, что угодно, — сверкнул глазами мой мужчина, касаясь поцелуем кончиков моих пальцев, и отправился на поиски любимого напитка своей дамы.

По выражению лица Купера поняла, что он предпочёл бы провести этот вечер в моей спальне, а не в здешнем серпентарии. Что тут сказать… Я тоже сюда ехала без энтузиазма. Но если бы не ответила на приглашение, Кристофер решил бы, что я так и не похоронила прошлое.

Которое уже давно замуровала под могильной плитою.

— Леди Ариас! Вы всё-таки почтили нас своим присутствием.

И зачем только вспомнила об этом чудовище…

Нехотя обернулась, встречаясь взглядом с герцогом де Грейстоком, хоть глаза б мои на него не смотрели. Но опускать голову перед Кристофером — и этого он тоже от меня не получит.

— Вы не оставили мне выбора. — Я даже расщедрилась на улыбку, уж какая получилась. — Отклонять приглашение, тем более на свадьбу вашей светлости, было бы невежливо.

Кристофер усмехнулся, холодно и цинично, и я поняла, что за последние семь лет он ничуть не изменился.

— А знаете, что ещё не вежливо? Являться на свадьбу моей светлости с каким-то оборванцем.

— Скажете тоже! — показательно обиделась я. — Я хорошо одеваю Шона.

У Грейстока тёмно-карие, глубоко посаженные глаза, а когда он щурится, вот как сейчас, кажется, будто их и вовсе затягивает тьма.

— Ваши родители этого бы не одобрили, Лорейн.

— Кристофер, не будьте занудой. К тому же мои родители уже два года как умерли, — произнесла как можно равнодушнее. Не хочу, чтобы он знал, как мне было больно.

Он вообще ничего не должен обо мне знать.

Семь лет назад мы перестали друг для друга существовать.

— Прошу простить меня, леди Ариас, — наконец опомнился его светлость. — Примите мои искренние соболезнования. Лорд и леди Ариас были замечательными людьми.

Я кивнула, надеясь, что на этом наше общение закончится, и мы больше сегодня не пересечёмся. В идеале — вообще никогда. Но Грейсток не спешил уходить, продолжал смотреть на меня: на лицо, в глаза, не забывая уделять внимание и бриллианту. Ну или тому, что тот оттенял.

И Шон, как назло, всё не появлялся. Будто я его не за пуншем, а за смертью послала. Нет, если бы за смертью Грейстока, тогда ладно.

По правилам хорошего тона следовало поддержать беседу, вот я и поддержала. Как могла.

— Вам могу сказать то же самое: соболезную по поводу скорой женитьбы. Вы ведь так долго ей противились.

— Соболезновать мне бы пришлось, если бы я женился на вас, графиня, — жёстко отбил пас Кристофер.

Но меня уже давно не задевал его сарказм.

— Тогда траур пришлось бы носить нам обоим.

— Прежняя Лорейн мне нравилась больше.

Я безразлично пожала плечами:

— Наши вкусы никогда не совпадали.

Грейсток подался ко мне, уничтожая то незначительное расстояние, что оставалось между нами. Захотелось попятиться, но я в последний момент сумела подавить в себе это малодушное желание. Вскинула голову, глядя ему в глаза.

— И давно у тебя появилась эта скверная привычка: чтобы последнее слово оставалось за тобой? — оставил он вежливый тон. Почти прорычал свой вопрос, и мне даже показалось, что вот сейчас он схватит меня за руку и оттащит в какой-нибудь тёмный угол для продолжения нашего душевного разговора.

Правда, не уверена, что его невесте, миловидной блондинке в пышном белом платье, это бы понравилось.