Замок Толор

© Александр Андросенко, 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

Тарасит гудел, как растревоженный улей. Еще вчера я была уверена, что ничего страшного не случится, несмотря на непрекращающиеся потери, которые мы несли. Действительно, что значат два-три солдата для гарнизона в сто сорок человек? Но вчера пропал полный десяток! С лошадьми и двумя телегами, на которых везли продовольствие!

Но замок гудел не из-за этого. И не из-за того, что капитан вчера поймал начальника караула спящим, а стражу – играющими в кости. Просто к нам приехал наместник императора.

Вообще-то барон Тарасита мне нравился. Уже не молодой, повидавший даже войну с кочевниками, аристократ, он был внимателен к солдатам, служащим у него. Требовал, правда, беспрекословного подчинения, но видят боги, оно того стоило. В спокойные времена численность гарнизона Тарасита не поднималась выше пятидесяти человек: пусть замок и не был идеалом фортификационных сооружений, но больше для уверенной защиты не требовалось. Но сейчас время неспокойное, и барон набрал почти сотню лишних людей. Собственно говоря, благодаря этому набору я тут и оказалась: нанимали почти всех, главное, чтобы руки и ноги были на месте, поэтому на меня хоть и покосились, но особо не выпытывали, кто такая и откуда. Более того, когда назначали новых десятников, меня выбрали одной из первых, а барон лично вручил мне знаки отличия – блестящий медный медальон со своим гербом и крепкую дубинку. Это был уже второй гарнизон, где мне доверили десяток, было чем гордиться!

Может быть, именно поэтому рев наместника, который был адресован див Тараситу, изрядно меня расстроил.

– Ты что, барон, совсем охренел!? – завопил наместник еще с лошади. – У самого в замке толпа, и ты меня до кучи вызвать решил?!

– Милорд! – упал перед ним на колено владелец замка. – Мой герцог! Солдаты пропадают! Вчера я потерял обоз и десять человек!

– Ясное дело, что они будут пропадать! Небось баб в окрестные села щупать бегают! Или десяток твой этот самый обоз и умыкнул! – отмахнулся наместник, но орать перестал и спешился. – Встань, Патрик. Пойдем, подробней расскажешь. Об обеде распорядился? Я голоден, как месель!

– Конечно, милорд! Уже накрыто!

Они удалились в донжон, а я вернулась к наблюдениям за сотней императорской армии, медленно разбивающей лагерь под стенами замка.

Помаявшись на башне еще немного, я все-таки пошла отдыхать – мой десяток заступал на охрану стен. Следом потянулись и остальные ребята – за месяц все уже привыкли, что я требую во время наряда именно нести службу, а не храпеть в темном углу, и предпочитали выспаться днем. Помнится, первое время у них было собственное мнение на этот счет, но когда я вначале вылила спящему Дамацу за шиворот ведро воды, а потом в ответ на его: «За что?! Ты охренела?!» – одним ударом вырубила, желание спорить со мной пропало.

Отъезд наместника я пропустила, но, говорят, ничего интересного там и не было. Армейская сотня, так и не успев поставить лагерь, уехала вместе с див Пимобатом.

– Ну, что? – спросила я у Никоса, нашего лейтенанта. – Наместник проверит тех аристократов, которых подозревает барон?

– Маловероятно, – покачал он головой. – Герцог сказал, что нам нечего бояться, людей более чем достаточно для обороны замка. А постоянные исчезновения – обычное дезертирство.

– Бред, – поморщилась я. – Кто побежит из замка, где платят вовремя и не так уж и плохо?

Он пожал плечами. Див Тарасит возлагал на привлечение наместника большие надежды, и, в принципе, не зря – тот имел право карать предателей интересов Империи даже без суда, если доказательства вины неоспоримы. В теперешнее беспокойное время, когда чуть ли не каждые два-три месяца то один, то другой замок штурмуют неизвестные, а в промежутках между ними бедных аристократов шантажируют и запугивают богатые и могущественные, только див Пимобат мог заступиться за Патрика. Но не судьба.

– Вилеса сейчас менять будешь?

– Не, после ужина.

– Он обидится, заступил-то раньше.

– Это его проблемы. Я его не заставляла до ужина заступать.

Лейтенант кивнул в сторону капитана:

– Ему пожалуется.

– Пусть жалуется. Прикажет – заступлю.

Никос покачал головой:

– Тяжелый ты человек, Тандела. Знаешь же, что кэп тебя не жалует. Опять наорет, оно тебе надо?

Я пожала плечами. Последний раз капитан Марит орал на меня буквально утром, когда я, перед приездом наместника, не надела на свою лысую голову шлем. По делу орал, не так, как обычно. Баба в гарнизоне – еще ладно. Но лысая баба – слишком уж подозрительно. Потому и на стены меня решил вне очереди отправить в наряд. Нельзя же в шлеме постоянно ходить по замку.

– Наорет так наорет. Не привыкать. У меня в последнее время ощущение, что он разучился нормально разговаривать.

Лейтенант улыбнулся:

– Это точно! Смотри, начинается!

– Угу, – буркнула я, уже сама видя, что Марит сделал «стойку» на очередную жертву.