Закулисье российской истории. Завещание Ельцина и другие смутные события нашей страны

Умерла ли в России интеллигенция? Этот вопрос так или иначе поднимается во многих СМИ. Например, в «Комсомольской правде» было опубликовано интервью со ставшим популярным красноярским писателем Александром Бушковым, который пишет о конце интеллигенции. А еще интернет-газета «Избранное» перепечатала отрывок из блога Александра Шмелева, который потом «дооформил» свои мысли статьей, опубликованной в деловой газете «Взгляд». Это произведение Александра Шмелева даже стали называть манифестом, но сам он предпочитает говорить, что это, скорее, «рассуждения на тему».

Приведем две ключевые мысли из этого манифеста. Первая: «Для меня главный итог выборов — полное, окончательное и, надеюсь, бесповоротное поражение так называемой интеллигенции». Вторая: «Однако я убежден, что интеллигенция всегда играла исключительно вредную и деструктивную роль в нашей истории, и мы сможем вернуться к нормальному развитию страны, лишь полностью очистив нашу общественно-политическую жизнь от «интеллигентской заразы».

Такие вот два вызова российской интеллигенции.

Но прежде чем говорить на эту тему, хотелось бы начать с самого простого, то есть определиться с тем, а что же такое вообще представляет собой интеллигенция? Это важно, в частности, потому, что очень часто путают интеллигенцию и либералов.

По мнению Александра Шмелева, либералы — это многозначное слово. Бывает, например, «экономический либерализм», бывает «политический либерализм».

В некотором роде либеральными партиями в политическом и экономическом смысле можно назвать и «Единую Россию», и большинство западных партий. А в России все-таки, как отмечал А. И. Солженицын, либерализмом чаще называется то, что в большинстве стран мира называется «радикализмом». И именно партии СПС и «Яблоко» в социальном смысле в какой-то момент стали позиционироваться как партии, представляющие такой особый социальный слой, а именно интеллигенцию.

Интеллигенция — это специфически русское явление, и это далеко не то же самое, что просто интеллектуалы или образованный класс. По определению авторов сборника «Вехи»[2], интеллигенция — это вообще некий безрелигиозно-гуманистический орден.

То есть это определенная часть интеллектуалов, преимущественно гуманитарных, ощущающая свою общность в качестве некоей общественно-политической силы и пытающаяся влиять именно на общественно-политическую повестку дня. А еще пытающаяся обустроить страну сообразно собственным представлениям о добре и зле. Но это не очень верно, ибо понятия «добро» и «зло» — это не интеллигентские понятия.

Объективно это не хорошо и не плохо. Эти люди имеют на это право. Но стоит ли называть их «заразой»?

Александр Шмелев уверен в том, что в бытовом общественно-политическом значении интеллигентский посыл противостоит мещанству, то есть так называемым «пти-буржуа», заботящимся о быте. А вот интеллигенция — это та часть интеллектуалов, которая ощущает свою общность как людей, презирающих быт, борющихся с мещанством, с мещанской пошлостью, со всем тем, что нацелено на быт.

Мнение по этому вопросу драматурга Александра Гельмана, тоже выступившего в интернет-газете «Избранное» с противоположным мнением, со своеобразным «антиманифестом»: