Закрытая школа. Начало

«Кто-то хитрый и большой наблюдает за тобой», — неожиданно громко вырвавшись из наушника, прозвучало в тишине спальни.

— Что за старье вообще? Ты ничего получше послушать не нашел? — Максим смотрел на друга презрительно.

— А что, «ЧайФ» — прикольная группа, — заявил Артем, но все же выключил плеер.

— Я тут такую историю страшную слышал, закачаешься! — вмешался в разговор Ромка, третий из присутствующих в комнате парней. — В одном маленьком городишке, в глухомани, ну, примерно как у нас здесь, стала появляться огромная черная собака. И кто ее увидит, умирает от разрыва сердца…

Он замолчал, потому что тут с улицы, словно специально дождавшись этого момента, донесся вой.

Слушатели вздрогнули. Парни переглянулись, а обе сидящие на кровати девушки — блондинка и брюнетка — испуганно прижались друг к другу.

— Жуть какая. Что она воет? — тихо проговорила брюнетка.

Комната была едва освещена ночником, а из окна лился тревожный белесый лунный свет, не разгоняющий, а скорее сгущающий сумрак, наполняющий его таинственными тенями.

— Крови жаждет. Как в Ромкиной истории, — ответил Максим, пожалуй, самый симпатичный из парней, если, конечно, не замечать пересекающий правую щеку шрам. — Это же графская собака-людоед.

— Какая-какая? — переспросила блондинка, сжав тонкими пальцами краешек покрывала. В темноте все страшные истории звучат совершенно по-другому, чем при свете дня, и даже закоренелые скептики, не верящие в привидений и прочую чертовщину, невольно поддаются влиянию обстановки.

— Ну, графа Щербатова. Наша школа находится как раз в его усадьбе, — парень криво улыбнулся.

Вдалеке снова завыли — теперь совсем глухо, едва слышно.

— Граф Щербатов умер после революции! — громко сказала брюнетка и, встав с кровати, подошла к окну.

Слабо освещенный школьный двор белел январским снегом, на горизонте едва виднелись темные силуэты деревьев — больше тут и не увидишь. И вправду глухомань глухоманью…

— Конечно, умер, Вика. Как же не умер! — заверил Макс, незаметно подмигивая Темычу. — Но перед смертью зарыл в лесу сокровища и посадил собаку их охранять.

— А она снюхалась с волками, и с тех пор ее детки жрут всех, кто шарится в лесу, — охотно подхватил Артем. — Деревенских всех уже почти пожрали, вот теперь к нашей школе примеряются…

Он замолчал и с интересом поглядел на девчонок. И сидевшая на кровати блондинка, и брюнетка, Вика, стоящая у окна, смотрели с явным ужасом. Темка попытался придать лицу загадочно-испуганное выражение, судорожно думая, что бы еще присочинить, но тут Максим все испортил.

— Вы че, правда купились? — спросил он, смеясь. — Что, и ты, Дашка?..

Блондинка нахмурилась и вдруг, выхватив из-под головы подушку, замахнулась на шутничка:

— А ну, брысь отсюда, юмористы! Вы еще про хомячка-вампира нам расскажите!

Парни довольно переглянулись.

— А что, — обрадовался Ромка, — тут деревенские зайца-мутанта видели. Двухголового. А зубищи — во! — он развел руками, демонстрируя размер клыков, которые могли бы украсить пасть не то что зайца, а какого-нибудь саблезубого тигра.

— Идите, идите, мы и вправду засиделись, — Вика шагнула от окна, выпроваживая парней. — А то нагрянут с проверкой… И вообще завтра — первый в новом полугодии учебный день, — девушка широко зевнула.

— Кто о чем, а Вика об учебе! — усмехнулся Макс. — Ну ладно, пойдемте, а то новенький там без нас наверняка заскучал. Как его там?..

— Андрейка, кажется. Ой, что же мы стоим?! Он же еще про графскую собаку не знает! Барышни, мы уходим, но мысленно остаемся с вами! — Ромка шутовски поклонился.

Последним из комнаты девушек вышел Тема, задумчиво теребя в руках плеер.

— Знаешь, такое странное чувство… — Вика в задумчивости остановилась у своей кровати. — Мне все казалось, будто за нами и вправду кто-то наблюдает…

— Это тебя парни напугали, — Даша расправила одеяло и с удовольствием нырнула в теплую кровать.

В комнате были люди. Они смеялись и шутили, не зная о своей обреченности.

Он смотрел на смутные тени за стеклом — равнодушно, словно находился по другую сторону жизни. Да так оно, в общем, и было. Сегодня лес рассказал Ему, что все уже началось, и закат был особенно кровавым. Кровь… много же ее еще прольется. Лес ждет, он затаился в ожидании сладкой крови… Уже скоро, совсем скоро…

Над школой повисла ночь.