Закон Моисея

© Харченко А., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Вступительные слова любой истории всегда даются тяжелее всего. Будто, как только выведешь их на бумаге, ты уже обязан довести дело до конца. Будто начав, ты не имеешь права не закончить. А как закончить то, что не имеет конца? Это история бесконечной любви… хотя мне потребовалось время, чтобы прийти к этому осознанию.

Если скажу вам в самом начале, без всяких околичностей, что потерял его, вам будет легче с этим смириться. Вы будете знать, что грядет и что дальше будет больно. В вашей груди появится ноющее ощущение, живот скрутит от страха. Но вы сможете морально подготовиться. Вот мой вам подарок. Меня не удостоили такой привилегией, и я оказался не готов.

А после того, как его не стало? Все покатилось под откос. Дни становились только хуже. Чувство сожаления не уходило, горе все так же резало по сердцу, бесконечный калейдоскоп грядущих дней – дней без него – внушал лишь безнадежность. По правде говоря – раз уж я решил, что только правда у меня и есть, – я бы с радостью променял свою участь на любую другую. Но имеем, что имеем. И я не был готов.

Я не могу описать свои чувства – ни ушедшие, ни нынешние. Все слова кажутся пустым звуком и отдают дешевизной, превращая каждую мою фразу, каждую эмоцию в бульварный романчик, полный избитых метафор, чтобы выжать из вас слезы и мгновенно вызвать сопереживание. Сопереживание, никак не связанное с действительностью, – это лишь легкая эмоция, которая забудется, как только вы закроете книгу. Эмоция, от которой вы смахнете слезы с глаз и радостно всхлипнете, потому что это всего лишь история. И что лучше всего – не ваша история. Но все не так просто.

Потому что это моя история. И я не был готов.

Моисея, обернутого в полотенце, нашли в корзинке для белья в прачечной. Ему было всего несколько часов от роду, но смерть уже поджидала его за углом. Какая-то женщина услышала его плач и, взяв на руки, укутала в пальто, чтобы согреть младенца теплом своего тела, пока не придет помощь. Она не знала, вернется ли его мать и кем та была, – поняла только то, что это нежеланный ребенок, и, если его немедленно не отвезти в больницу, он умрет.

Его прозвали «дитя ломки». Мама сказала, что так называют детей, которые рождаются с зависимостью, потому что их матери употребляли наркотики во время беременности. Обычно такие младенцы развиваются медленнее, поскольку в основном рождаются раньше срока у нездоровых матерей. Наркотики влияют на химические процессы их мозга, что приводит к синдрому дефицита внимания и проблемам с самоконтролем. В отдельных случаях они страдают от припадков и психических отклонений или от галлюцинаций и гиперчувствительности. Считалось, что некоторые из этих расстройств проявятся и у Моисея, если не все сразу.

Про него сняли репортаж и показали в утреннем выпуске новостей. Отличная история вышла, не оторваться – младенец, брошенный в грязной прачечной в неблагополучном районе Вест-Вэлли-Сити. Мама говорит, что хорошо помнит тот репортаж – пробивающие на слезу кадры младенца в больнице, чья жизнь висела на волоске, с зондом для кормления в животе и синей медицинской шапочкой на крошечной голове. Спустя три дня нашлась его мать, хотя возвращать ей ребенка никто не хотел. Но и не пришлось. Она погибла. Женщину, оставившую своего ребенка в прачечной, объявили мертвой по прибытии в ту же больницу, где боролось за жизнь ее дитя, всего в паре этажей над ней. Ее тоже кто-то нашел, правда, не в прачечной.

Ее соседка, которую арестовали в тот же вечер за проституцию и хранение наркотиков, рассказала полиции все, что знала о погибшей матери и ее брошенном ребенке, надеясь хоть на небольшое смягчение наказания. Вскрытие показало, что женщина действительно недавно рожала. А позже анализ ДНК подтвердил, что мальчик действительно ее. Вот так везение.