Загадка неоконченной рукописи

Литтл-Фоллз

Телефонный звонок раздался в три часа ночи. Дэн О'Кифи натянул форму и поехал в дом Клайдов. Не потому, что Дарден Клайд этого требовал, и не потому, что это была его работа, хотя правдой было и то, и другое, а потому, что он беспокоился о Дженни.

Он уже привык беспокоиться о Дженни. Он беспокоился о ней с тех самых пор, как принял на себя обязанности отца восемь лет назад, когда она была шестнадцатилетним подростком с вечными синяками. Он беспокоился, когда ей было восемнадцать, когда ее мать погибла, а отца отправили в тюрьму, и продолжал беспокоиться все последующие шесть лет, наблюдая за тем, как она все более и более становится отверженной в городе. Он не так уж много сделал, чтобы помочь ей, поэтому чувствовал вину.

Сейчас его вина еще больше усугубилась. Он не больше Дженни хотел, чтобы Дарден Клайд вышел из тюрьмы, но не сделал ничего, чтобы помешать этому. Поэтому он чувствовал вину и беспокойство.

А еще плечо!.. Оно всегда начинало болеть, когда подступали неприятности. Отец считал, что это все из-за того, что он никогда не уделял должного внимания футбольным тренировкам, но такие старые раны действительно долго заживают. От напряжения шрамы начинают ныть, вот и все. Плечо просто горело, когда Дарден Клайд вчера вечером ступил из автобуса на грязную землю Литтл-Фоллз. Сейчас боль стала еще пронзительнее.

Дэн повернул от центра города, капли мелкого дождика забрызгали ветровое стекло. В темноте скрывались дома, о присутствии которых он бы и не догадался, если бы не знал здесь каждый дюйм. Через милю расстояния между домами стали больше. Свернув к единственному из них, в котором горел свет, джип запрыгал по разбитой подъездной дорожке Клайдов. Дэн припарковался поближе к приоткрытой кухонной двери, одним прыжком перемахнул ступени, и его взору открылась следующая картина.

Кухня была заставлена старой сосновой мебелью – шкафчиками, столом и стульями с розовыми пластмассовыми поверхностями на тщательно вылизанном линолеуме того же цвета. Дарден сидел на полу в конце цепочки грязных следов. Он прислонился к стене под телефоном, волосы и одежда были мокрыми и грязными, и вообще он был похож на побитую собаку. Он взглянул на него так, словно ни на что уже не было сил, однако глаза злобно сверкали.

– Она меня сбила, – хрипло проговорил он. – Просто ударила и уехала. Я несколько часов пролежал под дождем. А потом еще дольше полз сюда. Я сейчас умру от боли.

Состояние Дардена волновало Дэна меньше всего. Он прошел к двери, ведущей в холл, и прислушался. В доме стояла мертвая тишина.

– Где она?

– Откуда я, черт побери, знаю? Я поэтому и позвонил тебе. Она сбила меня моей собственной машиной и скрылась. Бегство с места происшествия, кража и вождение без прав.

Дэн уже знал, что «бьюик» исчез. Подъезжая, он увидел в свете своих фар пустой гараж. Но он посчитал, что Дженни оставила машину в какой-нибудь канаве и вернулась. Да, она говорила ему, что уедет из города, и упоминала какого-то друга, но никто никогда не видел этого парня. В одиночку Дженни Клайд была беззащитной трусихой. Дэн не мог себе представить, как после всех этих лет она может взять и сбежать. Легче представить ее взбирающейся в темноте на крышу, вверяя свою жизнь скользкому от дождя скату. Он направился к лестнице.

– Эй! – крикнул ему вслед Дарден. – И куда же ты направляешься?

Не обращая на него внимания, Дэн быстро осмотрел весь дом. Он уже был готов к какой-нибудь жуткой сцене, подобной той, что он обнаружил здесь шесть лет назад, но не нашел ни Дженни, ни каких-либо следов насилия. Не считая мокрого платья, брошенного на пол в спальне, и сваленных в кучу на чердаке подушек, одеял и газет, все в доме было аккуратно прибрано. На крыше, так же, как и (благодарение Богу), на земле, никого не было. Он вернулся на кухню.

– Я бы и сам мог тебе сказать, что ее там нет, – проворчал Дарден. – Она забрала мою машину. Ты хочешь, чтобы я повторил это еще раз? Она забрала мою машину. Тебе стоит поискать там.

Дэн и сам собирался сделать это. Ему было известно, что шофер из Дженни никакой. Он уже не однажды ловил ее на шоссе и каждый раз проводил разъяснительную беседу. Но что еще он мог сделать? Оштрафовать ее за кренделя, которые она выписывала на дороге? Отобрать ключи? Обвинить ее в вождении без прав и отправить в окружную тюрьму к шахтерам и рыбакам?

Его волновало только то, что она могла попасть в аварию. В окрестностях Литтл-Фоллз было множество мест, где слетевшую с дороги машину могли не заметить в течение долгих дней. Он планировал прочесать все эти места. Но сначала нужно поговорить с Дарденом. Он подвинул к себе кресло и сел.

– Что здесь произошло?

Дарден выпрямился и посмотрел на него.

– Я же уже сказал тебе! Она сбила меня и удрала.

– Почему?

– Откуда мне, черт возьми, знать? Я ужинал. Она сказала, что уезжает. Когда я попытался остановить ее, она меня сшибла. – Его глаза были холодны и жестоки. – Найди ее, О'Кифи. Просто верни ее.