Загадай желание

Для обложки использовано изображение от lookstudio на Freepik.

– Завтра худший день в году! – прошептала я себе под нос, таращась рассеянным взглядом в монитор.

Я сказала это больше для себя, просто констатируя неутешительный факт, но моя коллега Юлька расслышала мое бормотание и, видимо решив, что я обращаюсь к ней, поспешила поддержать тему.

– Это ты о НГ? – раскачиваясь на стуле, спросила она, чеканя аббревиатуру.

Юлька была из тех людей, кому определенно шло определение «гвоздь в заднице». Она не могла спокойно сидеть или стоять, всегда двигалась, перемещала мелкие предметы, что были в зоне ее досягаемости, постоянно держала в руках свой телефон и беспрерывно по нему клацала.

– Это я о ДР! – ответила я в той же манере.

– Ах да! – она смачно стукнула себя по лбу. – Совсем забыла, что у тебя завтра днюха. Прости…

– Ничего, – вздохнула тихо. – Я привыкла, что про нее все забывают. Тридцать первое декабря – не мой праздник. Вернее не только мой.

Юлька слушала меня вполуха, написывая кому-то в телефоне. Я снова тихо вздохнула, но не расстроилась. Уже давно привыкла быть невидимкой.

– Работаем до восьми! – зарычала она. – Ну что за жесть, а?

– Скажи спасибо, что завтра выходной.

Я подняла брови и поджала губы, Юлька же состроила рожицу и отвесила шутливый поклон.

– Спасибо!

– Не мне же, – засмеялась я.

– А без разницы… – махнула она рукой. – Нет, конечно, хорошо тридцать первого не работать. Бр-р, как вспомню прошлый год… Ничего не успели!

«А куда собственно торопиться?» – подумала я. Маленький камешек на моей груди уже давно стал огромным валуном.

Юлька задумчиво почесала бровь.

– Хотя и в этом ничего не успеваем. Подарки с Юриком не купили! Он сейчас носится по магазинам и фоткает все подряд. Этот олух ни на что не годен!

Я ухмыльнулась и прямо таки ощутила как включается моя интуиция.

Так, сейчас начнется…

– Слушай, – закинула Юлька удочку, – может, прикроешь меня на пару часиков? Отработаешь одна, а? Все равно в читальном зале один дед сидит. А мы хоть спокойно подарки купим родителям. В этом году встречаем у них. Это важно.

Она выгнула бровь и сделала серьезное лицо, застыв как в стоп-кадре. Видимо это должно было меня окончательно убедить в серьезности ее проблемы.

Я ехидно подумала о том, что подарки можно будет купить и завтра, да и вообще нужно было заранее о них позаботиться. Но говорить этого вслух не хотелось, поэтому я молчала, ковыряя заусеницу на большом пальце.

– Так что, выручишь? – нетерпеливо наседала Юлька. – Начальство все равно уже смылось.

– Ну ладно, – безропотно согласилась я.

Я никогда не умела отказывать, и надо сказать, что Юлька частенько этим злоупотребляла. Она возбужденно вскрикнула и захлопала в ладоши. Дедок, что читал недалеко от нас, бросил на нее недовольный взгляд.

– Тихо ты! – зашипела я сквозь зубы.

– Ой, да ладно! – отмахнулась Юлька и сообщила: – Напишу Юрику, что бегу на помощь! Вот он обрадуется!

– Cейчас как бы пол пятого, – заметила я и напомнила: – Ты просила пару часов…

– Да ладно тебе! Минутой больше, минутой меньше.

– Ага, – едко промычала я. – Тетенька дайте попить, а то так есть хочется, что и переночевать негде.

– Не занудствуй! – упрекнула Юлька, тыкая в меня указательным пальцем.

Она. Упрекнула. Меня. Я скрестила руки на груди, выражая тем самым свое недовольство.

– Ну, так я побегу? – напоследок спросила она, сложив кулачки на уровне груди.

Ни дать ни взять кот из Шрека с эдакими просящими глазками. А я, наверное, сам Шрек – вредный и вечно недовольный. Или осел. Хотя нет, тот был слишком жизнерадостный. Так что если выбирать из ослов, то я скорее ослик Иа из Винни-Пуха, такой же унылый. И день рождения нас обоих не радует.

Я ненадолго зависла, мысленно примеряя на себя образы мультяшных героев. Все это время Юлька ждала, внимательно всматриваясь в мое лицо.

– Иди уже, – разрешила я, в большей степени потому, что хотела продолжить свои размышления без нетерпеливых товарищей стоящих над душой.

Юлька снова хлопнула в ладоши, быстро собралась и убежала. Я же виновато взглянула на дедушку, который недовольно покачал головой, и направилась заполнять формуляры.

Без пятнадцати восемь я уже начинала поглядывать на дедушку – единственного посетителя читального зала. Он продолжал увлеченно читать, а мне тем временем уже пора было собираться, все закрывать и ставить библиотеку на сигнализацию.

– Извините, – обратилась я к нему, подойдя к столу.

Он оторвал взгляд от книжки и посмотрел на меня поверх очков. На глубоко посаженные глаза свисали седые брови.

– Мы закрываемся, – сообщила я. – Пора сдавать книгу и идти домой.

– Дома меня никто не ждет, – холодно ответил он, сняв очки с носа и убрав их в карман пиджака.

– Извините, – зачем-то пожала я плечами.

– Не извиняйся без причин, – высказал он непрошеный совет.

Старик встал и принялся надевать серое пальто.

– Жалко не успел дочитать, – вздохнул он, закрывая книгу.