Забудем прошлое

В зале оперативной службы вашингтонской штаб-квартиры Федерального Бюро Расследований настойчиво зазвонил телефон, пронзительными трелями пытаясь нарушить блаженное состояние Арчи Брауна. Тот не реагировал: впервые в жизни ему удалось съехать с привычной колеи. Брауну казалась нереальной его полная опасностей, переездов и чужих лиц бесконечная гонка по штатам, а то и по континентам. Он никогда не знал, где окажется завтра, никогда не строил планов. Но сегодня что-то изменилось, хотелось думать не только о завтрашнем дне, но и о самом отдаленном будущем. А с прошлым давно пора проститься.

Телефон наконец угомонился, и Браун улыбнулся: на этот раз он не позволил ввергнуть себя в суету. Он блаженно потянулся в кресле, но проклятый телефон затрезвонил снова и, казалось, еще громче и нахальнее.

Браун досадливо чертыхнулся и поднял трубку.

— Слушаю.

— Собирай вещички, старик. Уоттер на свободе.

Арчибалд Браун выругался уже зло. Ему не нужно было уточнять у Грега Линдсея, своего старого друга и коллеги, о ком идет речь.

— Начинаются сумасшедшие деньки, — продолжал тот. — У этого типа неустойчивая психика, прямо маньяк какой-то. Наш человек в тюрьме сообщал, что Уоттер сходил с рельсов по крайней мере раз в месяц. И всегда из-за Мэгги.

Казалось, только вчера они схватили этого отпетого негодяя и отправили в Гоулвордскую тюрьму штата Индиана. Проблема состояла в том, что упекли мерзавца не на всю жизнь, а только на три года. Теперь Уоттер снова на свободе и, возможно, еще более опасен, чем тогда, когда пересеклись его и агента ФБР Арчибалда Брауна пути.

— А Мэгги все еще под федеральной защитой? — спросил Арчи и запнулся, будто ему неловко было произнести это простое женское имя.

Грег вздохнул.

— Да, если это можно так назвать.

— Что ты имеешь в виду?

— Мэгги теперь достаточно крутая леди, чтобы находиться под защитой.

— Где она, Грег?

— Тебе же известны правила: никаких разговоров по телефону о том, кто и где находится. Сам скоро все узнаешь. Ты приставлен к ней.

Арчи едва не задохнулся. Прошло уже три года, а память воскрешала образ Мэгги так ярко, словно она стояла перед ним. После паузы, которая потребовалась ему, чтобы прийти в себя, он спросил:

— Но если она крутая, то зачем нужен я? Как Уоттер найдет ее?

— В свое время ее лицо мелькало на экранах телевизоров почти так же часто, как лица дикторов, рассказывавших о ней. Когда журналюги пронюхали о предстоящем освобождении Уоттера, о Мэгги снова заговорили… Ее фотографии опять появились в газетах и в телевизионных программах. А сегодня на шоу Стеллы, идущего, как тебе известно, в прямом эфире, какая-то женщина проболталась, что Мэгги живет в Колорадо.

— Проклятье!

— И еще она сказала, — продолжал Грег, — что наша маленькая Мэгги учит людей защищаться от преступников.

Арчи криво ухмыльнулся. Да, если кто-нибудь и знает о преступниках, так это Мэг. И вот незадача! Какая-то идиотка от нечего делать позвонила на телевидение, и теперь жизнь их подопечной под угрозой.

Главной идеей Федеральной программы защиты было спасение жертв или свидетелей преступлений, для чего приходилось прятать этих людей, менять их местожительство, имена и даже внешность. А повышенный интерес средств массовой информации к каждому криминальному происшествию, вовлечение публики в обсуждение всех деталей привели к этому дурацкому звонку, вернувшему Мэгги в эпицентр событий. Теперь она опять в опасности, как и три года назад.

— И что, та дура сообщила полный адрес?

— Нет, Стелла догадалась прервать разговор, прежде чем в эфире прозвучала еще какая-либо информация. Но, черт возьми, мы должны обеспечить безопасность Мэг.

— Остается только надеяться, что Уоттер не смотрел в тюрьме телевизор.

— К несчастью, смотрел.

— Ты стал ясновидящим?

— Ни в коей мере. Получил донесение. Охранники обратили внимание, как он вспыхнул, словно рождественская елка, когда звонившая назвала Мэг, преподнеся ему на серебряной тарелочке штат Колорадо.

— Давно он вышел?

— Полчаса назад.

Арчи взглянул на часы.

— Его ведут?

— Конечно, все как положено. Знаешь, я вспомнил: однажды занимавшийся делом Мэгги сотрудник сказал, что наша малышка очень верно судит об американской юстиции, — хихикнул Грег.

— Ну и как же?

— Она считает, что Фемида отдыхает, когда требуется восстановить справедливость, но неизменно снимает с глаз повязку, когда надо найти оправдание политиканам, продающим совесть, чтобы извлечь шкурную выгоду. Видимо поэтому Мэгги и взялась обучать других искусству защищаться.