Заброшенный

Село Выселки в Саратовской губернии достаточно большое, аж пятьдесят дворов. Хозяйское поместье далеко, да и хозяин рачительный, крестьян не губит зазря. Так что большинство семей в нем зажиточные, в том числе и четыре семьи, что живут на отшибе со стороны тракта: Соколовы, Ивановы, Петровы и Сидоровы. Постоялого двора в селе так и не появилось. Поэтому, если путник и остановится в селе, то в одном из четырех домов, дальше никто не заглядывает.

Весной, как всегда, работы невпроворот. Снег уже давно сошел, земля хозяйской руки просит. На поле ходят почти всей семьей. У Соколовых в доме обычно остаются только Аня, которой только два годика будет, и семилетняя Катя, которая должна за ней приглядывать. Остальным всем найдена работа по возможностям.

Путники редко приходят на постой определяться днем, но и такое тоже бывает. Вот и на этот раз, когда дело шло к полудню, по дороге со стороны Саратова шел путник. По его одежде можно было определить, что идет он издалека. Дело было даже не в том, что одежда у него поистрепалась, сколько в том, что большей своей частью она была необычного для русских мест покрою. Путник возвращался в родные края из далекой Поднебесной (так называли местные жители свою страну). В Китай его привели поиски знаний о предмете его грез, о магии. Сам он обладал кое-какими способностями, и некоторые заклинания ему даже удавались. Но, к сожалению не всегда. Он часто не мог найти причин неудач при попытке применить то или иное заклинание. Поэтому со временем стал запоминать все обстоятельства сопровождавшие удавшиеся попытки. И, несмотря на его стремление отбрасывать все малозначимые для заклинаний обстоятельства, он все же оброс кучей примет и условий, которыми вынужден был каждый раз руководствоваться при проведении очередного ритуала. Такова участь любого мага самоучки.

Тяжело самостоятельно учится магии, как в принципе и любой другой науке. Учитель хоть может подсказать, что делаешь неправильно или вообще лишнее, предостеречь перед опасным для тебя заклинанием. Но учителя он так и не нашел.

Увлекся магией он еще в детстве. Первыми своими шагами в неизведанное он был обязан «Книге Волхва». Эта книга тогда попала к его отцу в счет долга. И подрастающий Ермолай смог выпросить ее в свое пользование. Благо к тому времени он научился читать.

С первых страниц книги стало известно, что ни один волхв, ни разу не держал в руках этой книги. Она была написана в 1203 году от Рождества Христова монахом, который был знаком по молодости с одним стариком, называвшим себя волхвом и умевшим творить чудеса. Только под старость монах решился описать то, что он узнал у волхва. В результате книга пестрела неточностями и приукрашенными моментами. Однако Ермолай был человеком терпеливым. Он по крупицам собрал достоверные знания из книги и до сих пор пытался все их хоть как применить. Вот и в Китай он отправился искать описание ритуала, с помощью которого Волхв собирался отправиться в другой мир. Монах писал в конце книги, что впервые увидел волнение на лице Волхва как раз перед тем, как он исчез. Кроме того, в книге упоминалось о том, где Волхв нашел описание этого ритуала и начало его перевода. Само описание находилось на монументе в монастыре Гуань-Шу.