Забавы Пилата

В здании, выходящем фасадом на Манежную площадь, собралось общество, которое можно было бы назвать «Коалиция». Или, точнее, «Антикоалиция». Для конспирации. А если уж совсем точно, то «антипрезидентская коалиция». Сложившегося названия это общество не имело: были лишь общие, далеко идущие планы и горячее желание взять у власти реванш.

На этаже было немноголюдно и прохладно. Где-то внизу бурлила и омывалась потоками людей Манежная площадь с торговым комплексом для богатых и музеем для всех остальных. У тех, кто смотрел на нее сверху, это движение вызывало ощущение привычной телевизионной заставки или приевшегося рекламного ролика. Мельтешит что-то, но никуда от этого не денешься. Внизу одно, а наверху другое. С точки зрения «нижних», собравшиеся в отеле люди относились к «верхней категории», у которой все другое, и законы жизни «нижних» на нее не распространяются. Но они были почти верхними, поскольку над ними имелась еще одна прослойка – самая высшая. «Верхние» излучали властную уверенность привыкших руководить господ, но всех их царапало это досадное почти. Они хотели быть самыми верхними, без оговорок и сносок, чтобы над головой – только небо, чтобы выше только звезды. Некоторые вспоминали еще и про бога, но каждый раз всуе и совсем не к месту.

Начальник управления Министерства обороны генерал Казуев с жадностью курил сигарету за сигаретой, будто собирался накуриться на всю оставшуюся жизнь. Уже несколько раз он подходил к стеклянному сервировочному столику у окна и прикладывался к бутылке армянского коньяка. Иногда генерал задумывался, смотрел через стекло, и тогда его крупное, бугристое лицо замирало и казалось неживым, будто маска, слепленная из подкрашенного латекса. Генерал не любил капиталистов, не жаловал олигархов и больше тяготел к привычным коммунистам, однако после девяносто первого года он успел покрутиться среди тех и других, полюбить деньги и власть, нехило пристроить сына… Именно поэтому Казуев оказался в одном зале с такой разношерстной компанией. Если на следующих выборах победит его кандидат, то Казуев автоматически поднимется до уровня министра. За такой пост стоит побороться, не очень стесняясь в средствах или выборе компании.

Напротив генерала в глубоком кожаном кресле сидел Зорин из правительства Москвы. Тот держался уверенно, вальяжно и независимо, потому что, кроме денег, заработанных при помощи хорошей должности, Зорин обладал куском городского пирога, а значит, власти, что по закону круговорота денег в природе тоже вело к росту его личного благосостояния. За глаза в собравшейся компании Зорина называли Коммунальщиком, поскольку он имел какое-то отношение к жилищно-коммунальной сфере города, а сейчас с большой энергией и оптимизмом взялся за реализацию ее реформы. Любая реформа – это муть и неразбериха, но именно это необходимо для зарабатывания больших денег.

Даже рыбка лучше ловится в мутной воде.

Солидный господин у окна – банкир Голубев. Он не мог пожаловаться на недостаток средств или стесненные условия жизни, поскольку в его банке хранили деньги многие структуры, в том числе и бюджетные. Но Голубева тянуло в большую политику, как мотылька на свет керосиновой лампы, чтобы деньги постепенно превращались во власть, как алхимический свинец в чистейшее золото или в пресловутый “философский камень”. Просто деньги – это скучно, пресно и приедается, как многолетняя, не разбавленная новыми впечатлениями и ощущениями близость с супругой. Это уже и не секс, а так… физкультура. Когда есть все – чего еще можно желать?

Главной же фигурой собрания, сумевшей объединить столь разных людей, был, конечно же, Верховский. Настоящий олигарх. Фигура колоритная, известная и до определенной степени непотопляемая. Только он являлся несомненным хозяином жизни и был пропуском в элиту для остальных «партийщиков». В голове у него вертелось столько мыслей, интриг, козней и геополитических комбинаций, что по объему их никто из присутствовавших не мог даже приблизиться к Верховскому. А самое главное, он обладал такими обширными связями в Кремле, что мог войти в любой кабинет и решить любой вопрос. Правда, в последнее время кое-что изменилось, и олигарх впал в немилость. Все чаще стала напоминать о себе та же противная приставка «почти». Почти любой вопрос, почти в любой кабинет…

Охрана Верховского приняла повышенные меры безопасности и с особой тщательностью проверила помещение и людей. Контролю подверглись все без исключения участники встречи. Два молодых человека на входе, в темных официальных костюмах, с пластиковыми карточками с фотографиями на лацканах, оглаживали гостей металлодетекторами, старательно сохраняя на лицах вежливое выражение. Спецы установили аппаратуру защиты информации.