Закопайте Эльминстера Поглубже

Иногда лорду Арклету Делькаслу казалось, что он сходит с ума.

Прямо сейчас, например.

Он очнулся от крайне приятного сна, в котором нежился в кровати вместе со своей возлюбленной Амарун, превратившегося в кошмар гремящих в его голове голосов, испуганного царапанья когтей и нарастающего ужаса. Резко вернувшись в состояние тревожного бодрствования, он схватился за меч.

Лишь для того, чтобы обнаружить над собой потолок охотничьего домика в Королевском лесу, свою Амарун убегающей в ночь, а Шторм Среброрукую — бросившейся на Арклета, чтобы удержать его.

И очень эффективно с этим справляющейся.

Как бы он не хрипел и не задыхался, никак не получалось достать зовущую рукоять меча у самых кончиков его пальцев…

Длинные серебряные волосы Шторм были живыми, их пряди казались чудовищными лозами из полузабытых сказок няньки, извивающимися и оплетающими Арклета. В свете жаровни эти богами проклятые локоны сияли, как отполированные доспехи. Более того, её тёплые и сладкие губы плотно прижимались к его губам, превращая его крики и ругательства в приглушённую бессмыслицу.

Он боролся и толкался, но её длинные руки всё равно удерживали Арклета на месте. Шторм была сильнее него — сильнее, чем кузнец, с которым лорд Делькасл однажды мерился силой в армреслинге! Уже не говоря о том, что она была стройной, фигуристой и прижималась к нему…

Возбуждая Арклета, да разразит его гром, несмотря на всю его тревогу и гнев.

Арклет замотал головой и наконец высвободил рот.

— Дракон тебя побери! — выдохнул он. — Может быть, ты меня отпустишь?

— Нет, — решительно ответила Шторм низким и полным сожаления голосом. — Ты слишком взбудоражен. Ты помчишься в ночь и заблудишься в лесу или пострадаешь. А если отыщешь Рун, то помешаешь чему-то необходимому. Чему-то крайне важному. Чему-то прекрасному.

Неужели в голосе Шторм звучал трепет?

Арклет сглотнул, пытаясь собраться с мыслями и подавить злость и раздражение, несмотря на свою бурлящую ярость.

— Позволь, — выдохнул он, — позволь мне встать. Я… я больше не могу кувыркаться с тобой в этой постели. Это неприлично, как… говорят пожилые дворяне.

— Да, — сухо согласилась Шторм, проведя пальцем по его бедру — мимо той части Арклета, которая болезненно напряглась. — Я заметила.

Она поднялась на одно колено.

— Если я тебя отпущу, даёшь слово, что не покинешь этот охотничий домик, лорд Делькасл?

Арклет выгнул бровь.

— Ты действительно считаешь, что сможешь меня удержать?

Шторм резко опустилась, схватив одной рукой его за горло. Её хватка была железной.

— Да, — спокойно ответила она. — Да, считаю.

Шторм оставила достаточную слабину, чтобы можно было дышать. Арклет воспользовался этим, чтобы сглотнуть, вздохнуть и сказать ей:

— Даю слово. Если ты пообещаешь рассказать мне, куда убежала Рун, и что здесь происходит!

Шторм усмехнулась.

— Вечные требования молодёжи. Могу ответить на первый вопрос. Она в лесу где-то поблизости, доставила Эльминстера на… неожиданную встречу. Что касается второго вопроса, то твои догадки, лорд Делькасл, будут ничем не хуже моих. Но Амарун с Элом должны скоро вернуться, и можешь быть уверен, я потребую от них ответов с такой же решимостью, как и ты.

Арклет кивнул.

— Я принимаю твои условия. Даю слово Делькасла.

— Как хорошо сказано, лорд, — ответила она в точности таким же снисходительным тоном, какой он слышал у матриархов самых надменных благородных семей Кормира.

Ах, но ведь она и была таковой? Маркизой Иммердаска, а позднее — обладательницей ещё нескольких титулов…

Хах. Он с трудом мог представить матриарха, менее похожего на свою мать.

Шторм, очевидно, только и ждала его согласия, потому что сразу же отпустила Арклета.

— Кто-то, — медленно сказал Арклет, поднимаясь и потирая горло, — заговорил у нас в головах, когда я проснулся. Кто-то, обладающий огромной силой.

— Да, — спокойно согласилась Шторм, протягивая ему его меч и усаживаясь поудобнее рядом. Вокруг Шторм почти лениво извивались её длинные серебряные волосы. Всевидящие боги, как же она была красива.

Арклет заставил себя подумать о Рун, оставшейся одной в ночи.

Нет, не одной. С ней был Эльминстер, завладевший её разумом.

Он поморщился от досады. Шторм не дала ему желанных ответов. Он бросил на неё взгляд исподлобья.

И увидел, что она улыбается ему с понимающими искорками в глазах. Она казалась человеком, которого распирает от тайного внутреннего счастья.

— Ну, — фыркнул он. — И кто же это был?

— Следите за манерами, лорд Делькасл, — уколола его Шторм. Затем она засмеялась, как маленькая девочка, и сказала:

— Это наверняка была богиня, которую столь многие считали давно погибшей. Мистра, Величайшая из всех. Единственная. Наша госпожа магии.

У Арклета отвисла челюсть.