За гранью

Допотопный школьный автобус ворвался в городок ровно в полночь одновременно с порывом последнего октябрьского шторма.

Дряхлые тормоза обиженно взвизгнули, и автобус съехал с двухполосного горного серпантина в открытое поле. Под слоем грязи, свидетельствующим о бесконечных милях и бесчисленных днях пути, скрывалась небрежно наляпанная полоса белой краски. (Краску такого оттенка под поэтическим названием «Жемчужные врата» можно приобрести всего по 5.95 за галлон в хозяйственных магазинах фирмы «Эйс» в Левенворте, штат Канзас.) В призрачном свете заходящей двурогой луны это сочетание напоминало пожелтевшие от времени кости. Заскрипела раздвижная дверь, и с обеих сторон, подобно ангельским крыльям, вывалились два раскрашенных стоп-сигнала. На одном было написано: «Покайтесь в ваших грехах сейчас», тогда как на другом красовалась рекламная надпись: «Две штуки товара по цене одной».

Из автобуса вышел человек. Ветер, посвистывающий в пожухлой траве, легко проник своими холодными пальцами под черный похоронный костюм. Человек поглубже нахлобучил широкополую пасторскую шляпу и вперил во тьму пронизывающий взгляд.

— Да, это как раз подойдет, — прошептал он дребезжащим голосом с заметным южным акцентом. — Подойдет просто замечательно!

Странную личность, весьма смахивающую на пугало, в разное время знали под разными именами. Ныне он был известен как брат Сай. Подобно корабельной сосне, склоняющейся под порывом ветра, его долговязая фигура качнулась к открытой двери автобуса.

— Мы прибыли на место, друзья, — проговорил он.

Ему ответил хор возбужденных голосов. Кто-то включил верхние фары, мрак прорезали два луча. Визг проржавевших петель, распахнулась задняя дверь. Оттуда выпрыгнули темные фигуры — примерно с дюжину. Они с трудом волочили громоздкий сверток и, удалившись от автобуса в поле, принялись его раскатывать с привычной ловкостью. Все новые и новые фигуры выбирались из автобуса через заднюю дверь. Эти тащили стойки и канаты и туг же спешили присоединиться к первой группе. Брат Сай неспешно продефилировал к центру поля и пошел по окружности, с силой впечатывая высокий каблук в почву через равные интервалы. Замкнув круг, он отошел в сторонку и с удовлетворением обозрел результат. Здесь будет стоять его крепость. Брезент вдруг захлопал на ветру, словно парус.

— Гром и молния! — взорвался брат Сай. — Сколько раз повторять, чтобы повнимательней следили за центральной стойкой?!

Но его подручные и так напрягали все силы, стараясь удержать в вертикальном положении главную опору величиной с корабельную мачту. Шатер постепенно обретал объем и очертания, подобно поднимающемуся на ноги слону. Брат Сай, словно голодный лев, метался вокруг, выкрикивая приказы:

— Закрепить эту сторону! Канаты распутайте! Так. Трос пропустите через тали. А теперь тяните! Тяните, я сказал! А не то даже царство Властелина Тьмы вам покажется райскими кущами по сравнению с тем адом, который я вам устрою! — Брат Сай в гневе воздел над головой длинные худые руки. — Тяните!

Двадцать пар рук вцепились в канаты и стали тянуть изо всех сил. Все выше и выше вздымался в ночное небо купол. Наконец остроконечный пик шатра совместился с верхушкой центральной опоры. Теперь осталось только привязать растяжки к деревянным колышкам, закрепить нижние края брезента и убрать ненужные больше канаты и тросы. Там, где всего несколько минут назад простиралась лишь залитая лунным светом пустошь, сейчас возвышался огромный цирковой шатер. Он был невероятно стар и пестрел таким множеством заплат, что казалось, будто он сшит из штанов сотни нищих клоунов.

Брат Сай хлопнул в ладоши и громогласно рассмеялся:

— Пора начинать наше шоу!

Словно стайка призраков, его безликие подручные начали деловито шнырять от шатра к автобусу и обратно. Разворачивались полотнища флагов, извлекались откуда-то складные трибуны для зрителей. Несколько дюжин зажженных светильников перекочевали внутрь шатра, пока наконец он не засветился золотистым сиянием во мраке ночи. В последнюю очередь перед входом в шапито водрузили большой щит, на котором крупным готическим шрифтом было начертано: