За долги возьму тебя

Он подошел и поставил передо мной один из наполненных бокалов. Потом обогнул стол, уселся напротив и взял второй бокал в руки.

– За знакомство. Напомни, как там тебя зовут?

– Не все ли равно.

– Действительно.

Отсалютовал, сделал глоток и принялся за еду.

А я сидела и смотрела на то, как он есть. Нанизывает еду на вилку, кладет в рот и жует. Думала, будет неприятно, но он делал это… красиво. И аккуратно. А его руки, движения снова гипнотизировали.

– Рассказывай, как докатилась до такой жизни.

Тягучий голос ворвался в мысли, я встрепенулась и посмотрела на Руслана.

Он уже не ел, теперь пил вино и разглядывал меня, а я вся подобралась под его взглядом.

– Я уже говорила.

– Хочу еще послушать. Из больницы почему ушла? Работала почти год и вдруг такое решение.

Не хотелось вести никакие беседы с ним, но не рискнула ослушаться. Главное, выдержать до завтра, а там уже я найду способ сбежать. Вот об этом и стоит думать, а не изводить мозг неразрешимыми вопросами. Неважно кто и что, главное – оказаться подальше от этого города.

– Эй, как там тебя, я жду ответ.

– Нам сменили заведующего отделением и… в общем, мы с ним не ужились, – произнесла под его взглядом.

От волнения взяла в руки бокал и сделала глоток. Нужно успокоиться, потому что, если он и дальше продолжит свой допрос, я просто взорвусь.

– Начал лезть под юбку, а ты оказалась слишком принципиальной?

– Да. Мне это не понравилось, и я уволилась.

Приятное тепло разлилось по венам, и я сделала еще один глоток.

– Но в итоге тебе все равно пришлось.

Он весело усмехнулся, а мне захотелось треснуть его по надменной физиономии или на худой конец, выплеснуть на нее остатки вина. В общем сделать что-то, чтобы стереть эту гадкую ухмылку, но я продолжала сидеть ровно.

Решила оставить комментарий без ответа. Он веселился, а я терпела и хмурилась.

– Что с тем парнем, любишь его?

– А вам обязательно все это выспрашивать?

– Можешь называть на ты. В конце концов, ты побывала в моей постели и еще много раз там окажешься.

От его слов щеки мгновенно вспыхнули, хотя куда уже больше.

– Так что, Марина, жду ответ на свой вопрос. Марина… звучит как-то длинно, и тебе не идет, может быть Мари? Или Ри?

Я промолчала. Все же он запомнил мое имя, хоть и сделал вид, что не знает. Только вот хорошо это для меня или нет.

– Так что с парнем? Вешал лапшу, что любит, а сам сбежал и бросил тебя разбираться с долгами?

Говорил будничным тоном, продолжая пить вино, а у меня внутри начало закипать.

– Зачем спрашивать, если вы итак все прекрасно знаете?

– На «ты». Меня зовут Руслан.

– Неважно. Знаете… ешь, знаешь, мне совершенно все равно как тебя зовут. Просто мужик, который будет меня трахать время от времени, пока я буду терпеть и думать о чем-то еще.

Он замер и уставился на меня, а я… не знаю, как все это сорвалось с моих губ, но было поздно. Меня пронзил запоздалый страх.

– Да, именно так, – произнес медленно, буквально впиваясь в меня взглядом, – хочешь, трахну прямо сейчас? На этом столе?

– Не хочу.

Он отодвинул в сторону бокал, пустую тарелку, освобождая место перед собой, а потом снова откинулся на спинку стула.

– Сейчас проверим. Сюда иди.

Настроение не задалось с самого утра. Дима был не в духе, и мы с ним чуть не поругались, да еще на работе проблемы. Ничего не предвещало, как вдруг пару недель назад зав отделением больницы, где я работаю медсестрой чуть больше года, начал распускать руки и зажимать по углам. Вот и сегодня, только зашла в сестринскую, как дверь открылась, и он скользнул следом за мной.

– Мариночка, с добрым утром.

Зав был толстым лысым мужчиной за пятьдесят с потными руками и сальным взглядом. Он совсем не вызывал каких-бы то ни было романтических чувств, но даже если бы он был атлетически сложенным красавцем, я считала такое поведение гадким.

Попыталась выйти из помещения, но Петровский преградил дорогу, обхватил своими волосатыми руками с толстыми короткими пальцами за талию и задышал в лицо.

– Люблю молоденьких стройных блондиночек, особенно натуральных, таких, как ты.

Меня обдало противными вонюче-бутербродными парами, от которых тут же затошнило, так что я принялась вырываться еще сильнее.

– Петр Семенович, сейчас же отпустите, иначе я за себя не отвечаю.

– Силантьева, советую тебе быть более сговорчивой. Или мы тут с тобой по-быстрому, или… тебе придется уволиться.

– Вы не имеете права.

– Ой, Мариночка, а кто говорит о нарушении прав? Но я все сделаю для того, что ты сама уйдешь. Да еще в трудовой такое напишут, никуда больше не устроишься. Так что… – и он принялся задирать подол моей юбки.

Увернулась, размахнулась и со всей силы дала этому индюку пощёчину. Раздался характерный звук, и он замер.

– Что? Вот так, да? Ну, ты и дура. Остальные мне не отказывают и нормально работают. Хочешь проблем, ты их получишь.

Через полчаса я уже писала заявление по собственному желанию, потом бегала по кабинетам и подписывала бумаги, чтобы получить трудовую, а к обеду уже ехала домой.