Знакомьтесь — Юджин Уэллс, Капитан

Солнечные блики играют на гранях клинков. Отражаются от мягко шевелящейся водяной стены. Переливаются в зеленоватой водной толще. Чертов дизайнер обещал, что вода будет создавать ощущение умиротворения. А коллекция уникальных дуэльных клинков — будить возвышенные чувства и успокаивать нервы. Ни черта она не создает, эта вода, кроме зябкой ломоты в костях. А взгляд на груду блестящих железок пробуждает болезненное воспоминание о том, какую огромную кучу кровных он за них отвалил, поддавшись на уговоры. Да еще и наличными. Жак Кролл, глава попечительского совета неправительственного благотворительного фонда “Справедливость”, в очередной раз окидывает огромный кабинет рассеянным взглядом. “Черт меня дернул на эти расходы”, думает он, и с досадой признается себе, что прежний рабочий кабинет — плотно зашторенная комната с обитыми шелком стенами над залом ресторанчика “Свеча и Крест” — был во сто крат уютнее. И тут же черт предстает перед ним в своем неприглядном обличье. Морда его подозрительно похожа на самодовольную физиономию Серджо Миловича. Злейшего конкурента, занимающегося координированием деятельности профсоюзов сталелитейных предприятий. В пику новому особняку которого штаб-квартира “Справедливости” и была перенесена в верхний этаж городского делового центра. Впрочем, справедливости ради заметим, что господин Милович имеет к профсоюзам такое же отношение, как и господин Кролл — к благотворительности.

Пленка силового поля едва заметно переливается, открывая шикарный вид на раскинувшийся внизу город. Жак Кролл, квадратного вида мужчина средних лет в безупречном костюме, пребывает в плохом расположении духа. Сербы совсем обнаглели. Прежнее соглашение о разделе территорий, достигнутое его отцом, больше не действует. Оптовые поставщики Миловича плюют на все договоренности. Заваливают уличных дилеров качественной синтетикой по демпинговым ценам. Отличная натуральная дурь больше не пользуется спросом. Чертовы нарки голосуют карманом за прогресс. Предпочитая количество качеству. Ипподромы и игорные заведения, “подотчетные” Кроллу, постепенно пустеют. Реки поступлений от букмекеров превращаются в ручейки. Нахрапистые конкуренты развернули такую массированную рекламную кампанию своему новому детищу — боям без правил на старых самолетах, что места на авиашоу богатенькие придурки с других планет заказывают за полгода. “Куда катится мир”, с тоской думает Жак.

А тут еще эти странные звонки. Ниоткуда, как божится Марк, глава службы охраны. Так теперь по-модному зовется командир бригады бойцов, отвечающих за безопасность Кролла. Первый звонок раздался три дня назад.

— Слушаю, — так ответил Жак на короткую трель коммуникатора. С некоторым удивлением. Было чему удивиться. Звонивший не включил изображение. Это раз. Абонент оказался неопознанным. Что очень странно — аппарат запрограммирован пропускать только идентифицированных абонентов. Это два. Номер самого Кролла был закрыт от публичного доступа и более того — позвонить на него можно было только с определенных каналов, число которых было строго ограничено. Это три. Тем не менее, аппарат пропустил этот вызов.

— Господин Кролл, настоятельно рекомендую вам отменить свои распоряжения относительно Юджина Уэллса и баронессы Мишель Радецки. Попытки настаивать на выполнении ваших прежних приказов относительно вышеназванных персон будут пресекаться, — произнес неизвестный голос. Впрочем, довольно странно произнес. Не прерываясь для вдоха. Абсолютно без выражения.

— Не понимаю, о чем вы. С кем имею честь говорить? — спрашивает ошарашенный “председатель”, одновременно нажимая ногой кнопку под столом.

— Всего доброго, господин Кролл, — связь прерывается.

И тут же в кабинет врываются несколько молодцов с оружием наперевес. Разбегаются по помещению, заглядывая во все щели. Одинаковые пиджаки смотрятся на них довольно нелепо. Равно как и неумело повязанные цветастые галстуки. Марк — глава охраны, входит следом через тридцать секунд. Еще с парой вооруженных до зубов бойцов.

— Что случилось, босс? — спрашивает он, быстро оглядывая кабинет.

— Марк, сколько раз тебе говорить: вооружи свою банду достойно. Представь, во что они превратят мой офис, если откроют пальбу, — раздраженно бросает Кролл. — Выдай им парализаторы. От них ни дыр, ни крови.

— Хорошо, босс, — наверное, в тысячный раз обещает Марк. “Какой боец сменит хороший ствол на полицейскую игрушку? Да над нами на улицах смеяться начнут”, — думает он при этом.

— Убери всех. Останься. Выясни, кто мне звонил по закрытому каналу. Срочно. Я хочу знать, кто за этим стоит.

— Хорошо, босс.

— Черт возьми! — взрывается Кролл, брызжа слюной. — Сказано: звать меня “сэр”! Мы солидная организация, не какая-нибудь уличная шваль!

— Понятно, босс... то есть, сэр.

И через минуту: