Ювелир Лазурных драконов, или Загадочный Камнегрыз

В городе настойчиво поговаривают, мол, меня нашли в пещере. Маленький пищащий сверток с младенцем в логове камнегрызов – та еще лотерея для команды бытовых спелеологов. И моя приемная мама определенно вытащила счастливый билет, ведь я выросла, поступила в столичную Академию на факультет бытовых магов и уже на выпускном курсе зарабатываю на обеспечение всей семьи, включая двух сестер, маму, папу и выводок тэрширских кошек вместе с их восемью котятами.

Однако я находила удовольствие в такой жизни. Первым пунктом была свобода от семьи. Из-за формальной обязанности по содержанию маменька с папенькой сейчас и слова не скажут против моих решений, в отличие от сестер. Ани и Кати воспитывали совсем иначе, держа в строгом теле. Из этого следовал второй пункт. Я могла бегать с деревенскими парнишками допоздна, гонять голубей и расшибать коленки – никому не было дела. Но если бы не это, получилось бы тогда узнать про магию и склонность к общению с камнями? Верно. НИ ЗА ЧТО.

По неизвестной причине мой бытовой магический дар сосредоточен на минералах. Я обожаю любые камни, драгоценные и не очень, обработанные и нет, редкие и… ну вы поняли. Работа с ними меня завораживает. Прикосновения к холодным кусочкам горных месторождений, пусть и на расстоянии (ведь ко мне на стол попадают камни из экспедиций спелеологов), подобны прикосновениям к чужому живому сердцу. Так мне хочется верить.

Вот бы самолично побывать в Драконьих горах! Судя по всем известным учебным пособиям для геологов, именно там находятся залежи самых редких минералов и металлов, включая наиболее таинственный – яйцо дракона. Конечно, на самом деле этот минерал не имеет никакого отношения к реальным способам размножения драконов (на деле там все гораздо прозаичнее), хотя вокруг него царит туманный флер магической таинственности.

Но даже с моими доходами почти весь заработок уходит на материалы для работы, а то, что остается, позволяет вести комфортную жизнь в Тэршире, попутно выплачивая кредит за учебу в Академии. И даже если бы я всегда откладывала большую часть свободных средства, не накопила бы на портал к Драконьим горам за всю жизнь. Что уж говорить о покупке хотя бы песчинки яйца дракона. Посмотреть бы, хоть одним глазком…

Минерал этот должен быть матово-черным, с чарующими прожилками красного золота. Непременно округлой формы, за что и получил свое название. Разумеется, та чушь, которую про него болтают, якобы если человек тронет гладкую черную поверхность – тут же в дракона обернется, едва ли имеет отношение к разумному научному подходу ювелиров-артефакторов. Мы мало что принимаем на веру, пока не изучим под увеличителем, не просеем, не проанализируем строение камня и, естественно, пока не попробуем из него что-нибудь сотворить. Так что последнее, во что я готова поверить – это превращение в представителя другой расы всего лишь от контакта кожи с матово-черным яйцом. Чепуха!

Я люблю разговаривать с кристаллами, а иногда даже выращиваю их в пробирке, идеально повторяя кристаллическую решетку особо ценных или редких экземпляров. И это не запрещено! Всего лишь чудеса магического бытового копирования, ничего больше. Ресурса уходит масса, приходится потом неделю в столовой отъедаться всеми сладостями местной кухни, но особенно хорошо помогает прийти в форму Тэрширская Розовая Прелесть, лучший продаваемый десерт в людской столице. Только дорогой до такой степени, что я могла на него только смотреть.

Песочная корзинка, которая просто тает во рту, и огромная горка нежнейших взбитых сливо столь приятного розового оттенка, что опять хочется сравнить с камнями. Но вряд ли я бы стала жевать кварц, вот корзиночку… точно бы не отказалась.

– Ты так плотоядно смотришь на витрину, Рури, – заметила подруга, пихнув локтем в бок.

– Ох, Камелия, тебе бы только потешаться. А у меня после вчерашнего эксперимента живот судорогой сводит. Ты когда-нибудь пробовала скопировать раухтопаз? Он хоть и относится к семейству кварцевых, да только ту черную дымку воспроизвести не так-то просто. – Я мысленно уже снимала языком вишенку с вершинки Розовой Прелести. Эх, сколько бы магической энергии получилось бы восстановить на этом сахарном безумии.

– Нет, Рурина, – посмеялась она, став настойчиво тянуть прочь от витрины. – Я ведь занимаюсь бытовой уборкой, а не артефактами. И вообще, ты мне кольцо обещала, которое на суженого укажет. Помнишь?

И кокетливо заправила блондинистую прядку за маленькое ушко. Подруга была чудо какая хорошенькая. С раскосыми зелеными глазами приятного мятного цвета, с личиком в форме сердечка и пухлыми губками. Но вот с личной жизнью у нее и правда не ладилось. Вроде и девчонка из знатного рода, и магия редкая, но не сватался никто, а кто посматривал, ей самой не нравился.