Юстиниан. Топот бронзового коня

    Юстиниан - знаменитый император Восточной римской (Византийской) империи; правил с 527 по 565 г. после Р.Х. […]

    Юстиниан родился, вероятно, около 483 г. в крестьянской семье захолустного селения в горной Македонии, близ Скупи (нынешней Ускюб, на границе Албании). Долго господствовавшее мнение, что он был славянского происхождения и носил первоначально имя Управды, теперь признается опровергнутым… Возвышением он обязан был дяде своему, императору Юстину I. Сам оставшийся полуграмотным, Юстин понимал значение высокой культуры и позаботился доставить своему племяннику тщательное образование. К моменту воцарения дяди Юстиниан мог уже стать ему ценным помощником. Он быстро прошёл все ступени высшей царской службы, в 527 г. был усыновлён императором и сделан соправителем. В том же году, после смерти Юстина, он без споров наследовал ему на престоле, сумев заранее искусно устранить всех видных соперников и приобрести расположение влиятельных групп общества; церкви (даже римским папам) он нравился своим строгим православием; сенаторскую аристократию он приманил обещанием поддержки всех её привилегий и увлёк почтительной лаской обращения; роскошью празднеств и щедростью раздач он завоевал привязанность столичного пролетариата. Мнения современников о Юстиниане были весьма различны. Даже в оценке Прокопия, служащего главным источником для истории Юстиниана, встречаются противоречия: в одних сочинениях («Войны» и «Постройки») он восхваляет превосходные успехи широких и смелых завоевательных предприятий Юстиниана и преклоняется перед его художественным гением, а в других («Тайная история») резко чернит его память, называя императора «злым глупцом»… Несомненно, в личности Юстиниана негармонично переплетались умственные и нравственные контрасты. Он замышлял обширнейшие планы увеличения и усиления государства, но не обладал достаточными творческими силами для того, чтобы их цельно и полно построить; он претендовал на роль реформатора, а мог только хорошо усваивать не им выработанные идеи. Он был прост, доступен и воздержан в своих привычках вместе с тем, вследствие самомнения, выросшего из успеха, окружил себя напыщеннейшим этикетом и небывалой роскошью. Прямота и известное добросердечие исказились у него мало-помалу коварством и лживостью правителя, принуждённого постоянно отстаивать удачно захваченную власть от всякого рода опасностей и покушений. Благожелательность к людям, которую он проявлял нередко, портилась частой местью врагам. Щедрость по отношению к бедствующим классам совмещалась в нём с алчностью и неразборчивостью в средствах добывания денег для обеспечения представительства, соответствующего его понятиям о собственном достоинстве… Он заявлял притязания на безграничный авторитет, а воля у него была в опасные минуты часто слабая и нерешительная; он подпадал под влияние не только сильной характером жены своей Феодоры, но иногда даже ничтожных людей, обнаруживая даже трусость. Все эти добродетели и пороки мало-помалу объединялись около выступавшей на первый план, ярко выраженной склонности к деспотизму. Под её влиянием его благочестие превращалось в религиозную нетерпимость и воплощалось в жестоких преследованиях за уклонение от признанной им веры. Всё это приводило к результатам очень смешанного достоинства, и ими одними трудно объяснить, почему Юстиниан сопричастен к разряду «великих», а царствование его приобрело такое крупное значение. Дело в том, что, помимо указанных свойств, Юстиниан обладал замечательным упорством в проведении принятых начал и положительно феноменальной трудоспособностью. […] Для выполнения поставленной задачи Юстиниану удалось встретить или отыскать и собрать выдающихся талантами или преданностью сотрудников. На первом месте следует поставить супругу его Феодору, которую он торжественно короновал в 527 г. Она сумела приобрести на мужа сильное влияние, которое дополняло в нём то, чего недоставало Юстиниану в критические моменты - мужества и решимости. Если главного помощника императора по законодательским трудам - Трибониана - нельзя назвать первостепенным политическим деятелем, то он ещё превосходил Юстиниана удивительным трудолюбием и, хорошо понимая все его идеи и цели, с неуклонной верностью проводил его планы. Другой главный советник Юстиниана по высшему управлению государством - Иоанн Каппадокийский, хотя и запятнал себя хищениями и произволом, но был драгоценен для императора как неизменно преданный ему и покорный его велениям администратор. Особенно счастлив был 10. полководцами. Не говоря уже о Велисарии и Нарсесе, которые были боевыми талантами первой величины, можно назвать среди исполнителей военных начертаний Ю., лично никогда не принимавшего участия в походах, таких даровитых и стойких людей, как Соломон и Мунд […]