Юность в Железнодольске
Описание
Николай Воронов, чье творчество тесно связано с Уралом, в романе "Юность в Железнодольске" исследует судьбы крестьянских семей, влившихся в ряды уральского пролетариата в предвоенные годы. Произведение пронизано любовью к истории и природе Урала, а также острыми социальными и нравственными проблемами. В нем показано глубокое знание тружеников Урала и тонкое психологическое письмо, создающее самобытные характеры. Роман повествует о людях, приближавших победу над фашизмом своим самоотверженным трудом. Также в книге представлена повесть "Лягушонок на асфальте", рассказывающая о новом поколении уральских металлургов.
Творчество Николая Воронова кровно связано с Уралом, где прошли детство и юность писателя.
Роман «Юность в Железнодольске» — художественное исследование судеб нескольких поколений крестьянских семей, в голодные и яростные годы предвоенных пятилеток влившихся в ряды уральского пролетариата, самоотверженным трудом приближавших победу над фашизмом.
В повести «Лягушонок на асфальте» Николай Воронов рассказывает о новом поколении уральских металлургов, о тех, кто сегодня сменяет у домны и мартена ветеранов отечественной индустрии.
Глубокое знание тружеников Урала, любовь к истории и природе этого уникального края, острая постановка социальных и нравственных проблем сочетаются в этих произведениях с тонким психологическим письмом, со скульптурной лепкой самобытных характеров.
«Ракитники, ракитники — серебряно весло. Не видели, ракитники, ку-у-ды Маню унесло?»
Давно не вспоминались Марии эти слова из маминой сказки. С того дня, пожалуй, не вспоминались, когда крестная с крестным везли ее из станицы Ключевской на Золотую Сопку, маленькую станцию под уральским городом Троицком, чтобы выдать замуж за вдовца Анисимова, работавшего на путях
Плакала тогда Мария. Увозят от матери с братом в незнакомые люди. Ничего веселого не видела. Без отца росла. Только изредка приезжал на побывку, весь в касторовом, ремни вперехлест. Качал на коленях, песенку пел: «Зеленая веточка над водой стоит». Так и не довелось пожить вместе: то германская, то гражданская. Сдался в плен красным. Тифом заболел. Два товарища, тоже казачьи офицеры, оставили в татарском ауле, где — и сами будто бы не помнят. Скорей, нигде не оставляли, просто выбросили из розвальней за придорожный сугроб.
Сколько смертей было у нее на глазах. Столько несчастий пролегло через душу.
«Ракитники, ракитники — серебряно весло. Не видели, ракитники, ку-у-ды Маню унесло?»
Сейчас они и впрямь серебряные. Полощутся верхушками. Шелестят. Встанешь в рыдване, засмотришься — уходит их светлое колыхание под синий холм.
А когда ее везли выдавать замуж, то горели ракитники.
— Пластают, — говорила крестная.
— Пластают, — повторял крестный.
Огонь трещал и хлопал. И хотя вдоль дороги неблизко тянулись те ракитники, с обочин наносило сильнущим жаром, и Мария падала на дно плетеного ходка, лежала, пока не переставало припекать.
Было на ней кашемировое платье, собственность Елизаветы, жены оружейного мастера Заварухина.
Пропьют Марию крестная с крестным, заберут платье, и опять ей носить кофту и юбку из мешковины, если муж (материю по карточкам получает) не обрядит во что другое.
То ли судьба, то ли случай: и тогда было голодно, и теперь голодно. Ну да ничего. Раз девчонкой не пропала, то и сейчас не пропадет. Страшней того, что хлебнула за свои двадцать три года, уже, наверно, не хлебнет.
Не за себя ей боязно — за Сережку. Маленький и ужасно совкий. Руку чуть в веялку не засунул. Со скирды шмякнулся. Кабы знахарка Губариха не накидывала горшок на животишко, ходил бы всю жизнь наперелом и неба не видел.
— Марея, верховой навстречу. Никак в черной коже? Кабы не Анисимов?
— Не должен...
— Поди, учуял неладное. Аль по трубке сообщили.
— Савелий Никодимыч, ты не останавливай. Как едешь, так и езжай.
— Не обессудь, Марея, не супротив...
— И что вы все его боитесь?
— Не все, кому нужно — те.
— Лоза вы — не казаки.
Перерушев, сидя правивший бокастой жеребой кобылой, обернулся. В Ершовке, откуда они ехали, его считали с м и р е н н ы м, но боялись взгляда дегтярно-темных глаз.
— Папка скачет! — воскликнул Сережа.
Она и сама узнала Анисимова. На белом коне. В поблескивающей на солнце кожанке — вчера целый вечер начищала угарной ваксой. Нахохлясь, подскакивает в седле, чуть-чуть вправо скошено туловище.
Села на сундук. Куда деться? Была бы одна — кинулась бы в ракиту. С мальчонкой не кинешься. Напугаешь его. Да и не спрячешься: крикнет отец — отзовется. Несмышленыш: гарцует на сундучной крышке.
Испугалась Мария. Выхватит Анисимов сына из рыдвана — и поедешь туда, куда он поскачет. Поймала Сережу, стиснула меж колен. Брыкался, егозил:
— К папке, к папке!
Похожие книги
Война и мир
«Война и мир» – это не просто роман о войне, но и обширное полотно жизни, охватывающее различные социальные слои и судьбы героев. Лев Толстой мастерски изображает сложные человеческие отношения, раскрывая внутренний мир персонажей и их реакции на исторические события. Произведение пронизано философскими размышлениями о жизни, смерти, любви, чести и смысле существования. Роман-эпопея, отражающий глубину мироощущения и философии Толстого, остается актуальным и по сей день, исследуя вечные проблемы бытия.
Счастье по контракту
Дэн, разочарованный в женщинах, и Коринн, закрывшая сердце для любви, неожиданно сталкиваются в борьбе за наследство. Загадочное завещание заставляет их преодолеть недоверие и вражду, открывая путь к настоящей любви. В этом увлекательном любовном романе, полном интриг и неожиданных поворотов, читатели познакомятся с борьбой за наследство и поиском счастья. Встреча двух одиноких сердец, полная противоречий и страстей, раскрывает тему любви и прощения, описанную в современном любовном романе. В центре сюжета - борьба за наследство и поиск счастья, где любовь и прощение становятся ключом к счастью.
Измена. Ты всё разрушил
В романе "Измена. Ты всё разрушил" Алисы Климовой рассказывается о Тане, чья жизнь перевернулась после измены мужа. Покинув его, она столкнулась с неожиданными сложностями, ведь Матвей – её босс. Теперь ей придется балансировать между личной жизнью и профессиональными обязанностями. Роман раскрывает внутренний конфликт Тани, ее борьбу с чувством унижения и желание сохранить работу. История о сильной женщине, которая не боится отстаивать свои интересы и права.
Чужой ребенок
Врач-реаниматолог, привыкшая к одиночеству и суровой работе, сталкивается с чужим ребенком, попавшим в беду. Неожиданно судьба заставляет ее задуматься о чужих проблемах и заботах, о которых она ранее не задумывалась. История о том, как случайная встреча может изменить жизнь и заставить переосмыслить ценности. В романе "Чужой ребенок" Мария Зайцева и другие авторы исследуют темы взаимопомощи, сострадания и неожиданных поворотов судьбы.