Язычники

Нури сидел на дереве, а внизу бесновался и царапал кору какой-то пятнистый зверь. Это продолжалось уже минут десять и стало раздражать Нури. Зверь разбежался, прыгнул. Когти на растопыренных лапах промелькнули в сантиметре от башмаков. Нури поджал ноги, обхватил ствол, наклонился.

— Красивый, — сказал он. — Но совсем невыдержанный.

Зверь прислушался, рыкнул и полез на дерево. Нури вздохнул, крепче уцепился за сук.

— Нехорошо, ситуацию не учитываешь.

Он сдвинулся по стволу вниз и пнул зверя каблуком в нос. Зверь шлепнулся на спину, вскочил, зашипел и, словно забыв о Нури, кинулся к орнитоплану. Он вцепился зубами в пластиковую оболочку крыла и, урча, стал рвать ее. Крыло судорожно задергалось. Этого Нури стерпеть не мог. Бормоча: «В конце концов, нервы есть у каждого…», он спрыгнул с дерева, подбежал к зверю, ухватил его за шиворот и хвост у самого корня и отшвырнул в сторону. Зверь приземлился на все четыре лапы, взревел, ударил хвостом по бокам и прыгнул…

Нури копался в ящике под седлом, искал флягу, когда из динамика послышался голос дежурного ИРП:

— В чем дело, Нури? Вас не видно, вас не слышно.

Нури потер ладонь:

— Сел на опушке, хотел немного размяться, а тут такой пятнистый, усатый…

— И?

— Инструкцию к повестке помню. Уклонялся. Сидел на дереве. Так он укусил… Аппарат!

— На дереве… — мурлыкнул диспетчер. — Вам помочь?

— Обойдусь.

Нури перевернул зверя на спину, ополовинил флягу ему в пасть. Зверь захлебнулся и открыл глаза.

— Ну вот, — обрадованно сказал Нури, — жив-здоров. Только задумчивый немного.

— Доберетесь сами? — спросил диспетчер.

— Несомненно. Сейчас взлетаю.

Но взлететь Нури не пришлось. Зверь прокусил-таки пластик, и неперегоревшая глюкоза вылилась на траву. Нури стянул рваные края оболочки, наложил пластырь и задумался.

Запаса глюкозы не было. Можно бы, заменив ее сахарным раствором, кое-как добраться до центра, но сахара тоже не было. Где-то он читал, что если ввести адреналин, то можно какое-то время лететь на почти сухой мышце, но где взять адреналин?

Зверь уже сидел, щуря зеленые глаза.

— Видишь, что наделал, — сказал ему Нури и замер в тихом восторге.

Из леса на поляну трусцой выбежал пегий пузатый ослик, а на спине у него, задевая конечностями траву, ехал кибер. Его анодированный золотом корпус блестел. Развевалось страусиное перо на соломенной шляпе. Над головой кибера летел синий с красным попугай и картаво кричал:

— Киберр дуррак. Дуррак.

Неожиданно кибер дернулся, вскинул манипуляторы, пытаясь поймать попугая, и свалился с осла.

— Глупая птица, — поднимаясь, сказал кибер. — Очень глупая. И не вижу причин для смеха.

— Сейчас, — дрожащим голосом произнес Нури. — Сейчас я просмеюсь и снопа стану серьезным.

— Констатирую: кто-то повредил леопарда, — произнес кибер, не глядя на Нури. — Если каждый будет повреждать животных…

— Два вопроса, — перебил его Нури. — Во-первых, ты где взял перо? Если каждый будет выдергивать по перу, то страус облысеет и с хвоста. И во-вторых, что тебе леопард, что ты леопарду?

— Перо я нашел в саванне. И по второму: я по совместительству смотритель. И ответственен за благополучие животных. Мне поручена эта работа потому, что я добр и некусаем. Меня даже ногами топтали, и что? — Кибер выпятил грудь.

— Вот именно, и что?

— И ничего. Ни одной вмятины.

— Значит, некусаем. — Нури на секунду задумался. — За насекомых ты тоже в ответе?

— Об этом распоряжения не было.

— Тогда вот что. Принеси мне меду в сотах. Так, кусочек с ладонь. Здесь должны быть дикие пчелы, не так ли?

— Пчелы есть, но бортничеством я не занимаюсь.

— Когда-то нужно начинать. Мне нужен мед.

Кибер замолчал и стал думать. Ослик неподалеку хрумкал траву. Усатый окончательно пришел в себя и терся больной мордой о ноги неподвижного кибера. Нури раскинулся на траве, глядел в небо. Пахло зноем, легкий ветерок раскачивал ветви в вышине. Строго говоря, спешить было незачем, но он обещал деду прибыть пораньше, и опаздывать было неловко. До экзаменов еще три дня. Интересно, как добираются другие?

— Я достану мед, — нарушил тишину кибер.

Кивнув, Нури сорвал травинку и посмотрел вслед киберу, пока тот не скрылся в кустах. Мысли текли ленивые и непривычные. У попугая красные штаны, а у вас, Нури, как говорил летный инструктор, сильно развито воображение, вы могли бы ласточкой летать, жаль, времени мало. Ласточкой — это взмах, и крылья сложены полет-падение по инерции. Воробей тоже так летает. Вообще, задача пустяковая, азы баллистики и аэродинамики. Любопытно, живое использует инерцию, а машин, движущихся за счет инерции, почти нет…

— Киберр в заррослях! — крикнул попугай.

Кибер действительно вышел из кустов, неся на вытянутой ладони соты. Над ним роились пчелы, а вокруг туловища в три кольца обвивалась гигантская змея. Голова ее с желтыми пятнами у глаз лежала на плече кибера, из пасти на длинном стебле свисал белый цветок. При виде змеи ослик заморгал и попятился. Усатый тихо исчез.

— Принес мед, — сказал кибер.

Нури сел и молча стал рассматривать змею.