Яростные одержимости (ЛП)

Переводчики: inventia, Craid

Редактор: inventia

Русифицированная обложка: inventia

Просыпаться с похмельем от текилы — отстой.

Райли Портер застонала. Она умирала… вероятнее всего. Всё тело ныло, в голове стучало, живот свело, а глаза болели так, словно кто-то воткнул в них тупое лезвие. Возникало ощущение, что всю ночь Райли познавала чудо под названием текила, а теперь оказалась в яме боли.

Жужжание потолочного вентилятора напоминало скрип гвоздя по школьной доске, но лёгкий ветерок приятно обдувал разгорячённую кожу. Райли сглотнула, поморщившись от того, как пересохло в горле. Горький привкус во рту был отвратительным. Вода. Ей нужна вода. Нет, ей нужно проблеваться.

Поскольку она не чувствовала своих ног, ни то, ни другое сделать не могла. Хреново, потому что все чувства были приглушены едким запахом текилы, и она больше не могла этого выносить.

Она расплывчато начала вспоминать. Музыка. Танцы. Смех. Хлопушки. Мохито. Рюмки. Стая Феникс устроила вечеринку по случаю дня рождения одного из своих волков.

Когда полгода назад она присоединилась к стае Феникс в поиске убежища с двумя маленькими одиночками, Райли и подумать не могла, что альфа может ей предложить остаться здесь навсегда. То, что они приютили Саванну и Декстера — неудивительно, ведь дети чрезвычайно милые. Но Райли — одиночка, ворон-перевёртыш, которая отказалась объяснить, почему не жила в стае. Несмотря на это, и то, что ни приняла и ни отвергла предложение остаться в стае, они всё равно относились к ней, как к своей… ну, большинство из них.

Судя по обрывкам воспоминаний, которые всплывали в голове, вечеринка была весёлой, но большая часть была как в тумане. Боже, она ненавидела текилу.

Пока каждая часть тела болела, и Райли казалось, что смерть всё ближе, она ненавидела всё. Кроме анальгина. От жизни сейчас ей нужен только анальгин. Или может заползти куда-то и там сдохнуть.

Подняв тяжёлые веки, Райли поморщилась, когда солнечный свет ударил в глаза. Он проникал сквозь стеклянные балконные двери, отбрасывая тени на гладкие стены из светло-кремового песчаника.

Было чертовски неожиданно обнаружить, что стая Феникс обитает в модернизированном пещерном доме. Это место напомнило Райли гигантскую колонию муравьёв со всеми туннелями и этажами. В пещере сделали множество спален, и именно эта была похожа на роскошный отельный номер с бархатным ковром, современной мебелью, кроватью с балдахином и роскошным постельным бельём.

Кстати о постельном белье… она поняла, что чёрное пятно на подушке — тушь. А значит, что та размазана у неё по всему лицу… чудесно. Райли неуклюже потянулась за телефоном на прикроватном столе, намереваясь посмотреть который час. Где, чёрт возьми, её телефон? Наверно, в канаве, рядом с её достоинством.

Вот, именно поэтому она была одна.

Зато, благодаря тому, что напилась, она проспала всю ночь. А это случалось крайне редко, благодаря близкой подруге бессоннице.

Райли медленно приподнялась и застонала, когда острая боль пронзила голову. Она собиралась как-то сделать невозможное и встать, чтобы найти болеутоляющее. Она сделала глубокий вдох, сморщив нос, когда уловила что-то ещё под ошеломляющим запахом текилы… Что-то, что не должно тут быть. Какого?..

Она застыла. Боже, нет. Нет. Даже напившись, она не могла так ступить. Поджав губы, чтобы сдержать рвоту, Райли неуклюже перекатилась на другой бок. Волны тошноты накрывали всё сильнее, но она была больше зациклена на факте, что… Да, она ступила. Доказательство спало рядом с ней на животе, пахло сексом и фирменным ароматом — пряностями, тёплым яблоком и древесным дымом. Бог мой, она осмотрела шесть с половиной футов упругих мышц, оливковую кожу и обнажённый торчащий член.

Тао Лукас — глава стражей стаи.

Райли закрыла глаза, молча проклиная себя, когда на неё нахлынули воспоминания. О да, теперь она всё вспомнила — и как его член растягивал её, как зубами Тао впивался ей в шею, а языком сплетался с её. Вспомнила, как она яростно кончила и расцарапала его шею и плечи, пока он в неё вбивался. Она открыла один глаз и поморщилась при виде своих меток на его гладкой коже и царапины на татуировке, выбитой на лопатках