Ядвига

В квартире было душно. Я бросил ключи на журнальный столик, приоткрыл окно и впустил в комнату утреннюю прохладу. Сегодняшняя ночь была особенно тяжёлой. Наша бригада спасала детей из попавшего в аварию автобуса. Было несколько тяжелых травм, но я был доволен: мы ни потеряли ни одного ребёнка. Покормил своего единственного друга – мадагаскарского шипящего таракана Васю. Лика его терпеть не могла. Кстати о Лике… Я включил сотовый. Так и есть. Несколько сообщений от неё. Слушать не стал, позже. Там ничего нового: "Коля, ты куда пропал? Коля, я скучаю. Коля, имей совесть, звони хоть иногда".

Хорошая девушка Лика. Умная, красивая, понимающая. Зачем я ей? Включил компьютер. Просмотрел почту, заглянул ВКонтакте. В ответ на моё сообщение девушка Ядвига с мудрой совой на аве прислала своё фото. Конечно, это опять была не она, не моя Надя. Я снова ошибся. В который раз. Сколько уже было этих надежд и разочарований… Может, мне взять да и жениться на Лике? Нарожать детей и жить долго и счастливо?Я вздохнул: Лика заслуживает любящего мужа. А я совсем не люблю её. Я не могу с ней так поступить. Плюхнулся на кровать, включил телевизор. Бездумно стал переключать каналы, подыскивая что-то спокойное, под что можно заснуть

– … Ядвига Викторовна в настоящее время находится по своим личным делам в нашем городе. И мы, конечно, не могли пропустить такое событие и пригласили госпожу Лосано на нашу передачу.

Ведущий еще что-то там рассказывал, захлебываясь от восторга, а я смотрел широко открытыми глазами на экран телевизора. Сквозь меня как будто пропустили электрический ток. Сна как не бывало. Крупным планом камера показывала миловидную молодую женщину с ямочками на щеках и огромными серыми глазами. Госпожа Лосано… Ядвига… Чёрт побери! Это была она, моя Надька!!!

***

Говорят: хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах. Мне было четырнадцать. Я жил в большом городе, готовился поступать в кадетскую школу, мечтал стать военным. Серьезно занимался боксом, ходил на плавание, тягал железо. При отличной физической подготовке и успеваемости легко прошёл по конкурсу в эту самую заветную школу, а уж оттуда мне открывалась прямая дорога в любое военное училище. Родители всячески поощряли мое стремление стать офицером, конечно, их больше волновала практическая сторона вопроса: неплохая зарплата, военная ипотека, большой отпуск и другие льготы. А я грезил небом. Ну и, конечно, представлял, как иду я по городу в лётной форме, а девушки восхищенно смотрят мне вслед. И все, как одна мечтают со мной познакомиться. И наша первая красавица класса – Галка Коростенёва среди них. Смотрит восхищённо на меня: «Коленька, я так счастлива, что мы с тобой в одном классе учились». И я, снисходительно кивнув ей, позволяю пройтись со мной под ручку, под завистливые взгляды неудачливых подруг-соперниц. Всё было так близко и досягаемо, что казалось, протяни руку, и всё сбудется. Но все мои мечты оборвались разом: родители полетели на отдых в Турцию. Они так долго планировали этот отпуск, выбирали время, спорили о том, что посетят в первую очередь. Долгожданный день настал, такси увезло их в аэропорт. Я и представить не мог, что больше их не увижу. Кроме фоток и сувениров предки обещали привести качественный турецкий трикотаж, а мне персонально – крутой кожаный ремень. В день их возвращения я прислушивался к каждому шороху за входной дверью, ожидая, что вот-вот дверь откроется, и родители весёлые и загоревшие стремительно войдут в неё. Но вместо них пришёл наш участковый и, немного помявшись, сообщил нам с бабушкой, которая приехала на время родительского отпуска приглядывать за мной, что мои папа и мама погибли в автомобильной катастрофе по пути из аэропорта. Дальше – как в тумане. Рыдания бабушки, какие-то понаехавшие родственники. Похороны. Плакать я не мог. Руки заледенели, меня постоянно тошнило. Казалось, что все это происходит не со мной, что я просто участник странно постановки. Вот она закончится, я вернусь домой, а там папа и мама, загоревшие, весёлые.

«Смотри, – скажет мне отец, – какой ремень я тебе привез!» И протянет фирмовую коробочку, где свернулся змеёй чёрный кожаный ремень. А мама потреплет меня по голове и рассмеётся: «Колька, ну ты зарос, настоящий дикобраз! А ну, срочно в парикмахерскую!» Но дома была непривычная мрачная тишина. Я зашёл в родительскую спальню. Мамин халатик висел на своём старом месте, на вешалке на стене. Я уткнулся в него носом: пахло её любимыми духами, немного корицей и чем-то еще неуловимым, маминым, родным. И я наконец заплакал. Рыдания сотрясали меня, я сдел на полу, прижимая к себе халатик и понимая, что никогда больше хозяйка не наденет его. Я и не заметил, как вошла бабушка, села рядом и обняла. Она не произнесла ни слова, просто прижала мою голову к своей груди и тихо стала гладить.

– Бабушка, – плакал я.– Бабушка, как же я буду, как? Без них?

– Так и будешь, Коленька. К нам поедешь, там учиться будешь. Будем учиться жить без них вместе.