Яд Фаберже

«Я сделала глубокий реверанс, а император протянул мне руку со словами: „Мадемуазель, вы будете красой и гордостью нашего балета“… Когда мы вошли в столовую, государь снова обратился ко мне: „Мадемуазель, где ваше место за столом?“ – „Ваше величество, у меня нет своего места, так как я приходящая ученица“… Наследнику престола он указал на место возле меня и с улыбкой добавил: „Только не слишком-то флиртуйте!“ Перед каждым прибором стояла обычная белая кружка. Наследник престола посмотрел на нее и, обращаясь ко мне, спросил: „Наверняка дома вы не пьете из таких кружек?“ Эти простые, ничего не значащие слова врезались мне в память. Так начался мой разговор с наследником престола. Не помню, о чем мы говорили, но я сразу же в него влюбилась. Даже сейчас я ясно вижу его прекрасные голубые глаза, его взгляд, проникающий в душу. Он перестал быть для меня наследником престола, об этом я совсем забыла и сидела, словно во сне».

Мужчина стоял на крыльце сыскного агентства уже около четверти часа, но, судя по всему, никак не решался войти. Юля Земцова, хозяйка агентства, наблюдала за ним сквозь планки жалюзи из своего кабинета и пыталась угадать, какая причина заставила этого человека прийти сюда. Он был очень просто одет: джинсы, майка, сандалии. Похож на бедного студента, которого угораздило влипнуть в какую-то финансовую аферу. Скорее всего, кому-то задолжал, и теперь за ним охотятся. Или же пришел наниматься на работу – такое в последнее время стало случаться все чаще и чаще. Безработица толкала людей предлагать себя в качестве кого угодно – лишь бы деньги платили. Но в агентстве вот уже два года работало всего трое: сама Юля, ее правая рука – Игорь Шубин и секретарь – Надя Щукина. Еще несколько лет тому назад все трое работали под началом Жени Крымова, талантливого организатора, опытного следователя и настоящего авантюриста. Но теперь все изменилось. Сложные узы – любовные и семейные, связывающие их, – были разрублены временем. Теперь Крымов жил в Париже и сочинял криминальные романы, иногда откладывая рукописи в сторону для того, чтобы выполнить очередное, хорошо оплачиваемое поручение какой-нибудь важной персоны. Его бывшая жена, Щукина (успевшая променять его на мужа-француза и родить дочку), вернулась домой, в город Саратов, и заняла свое любимое секретарское кресло в агентстве. И только Шубин, неизменно сопровождавший Земцову последние пять лет и ни разу не изменивший агентству, по-прежнему занимался самой тяжелой, черной работой, прилагая все усилия для того, чтобы именно их агентство считалось в городе самым надежным, по-настоящему профессиональным.

Наконец он все-таки решился и позвонил. Юля услышала, как дробно застучали каблучки Нади Щукиной – она спешила встретить первого за сегодняшнее утро посетителя. Затем раздались голоса. «Минуточку», – и Надя заглянула в кабинет Земцовой.

– К тебе пришли… Я хотела расспросить, но он сказал, что будет говорить только с тобой.

– Хорошо, зови. Если не трудно, сделай нам кофе.

– Ты же не завтракала. Хочешь, сделаю бутерброд с сыром?

– Нет. Пока только кофе, а там видно будет.

Надя кивнула головой и скрылась. Вскоре на пороге возник тот самый мужчина в джинсах, майке и желтых сандалиях на босу ногу.

– Вы Юлия Земцова?

– Да. Это я.

– Мне порекомендовал вас один мой приятель. Вы оказали ему неоценимую услугу, он очень хорошо отзывался о работе вашего агентства…

У него был приятный голос, который немного дрожал от волнения. Сейчас, когда он был совсем близко, ему можно было дать лет двадцать пять, если не меньше. Взгляд его больших карих глаз выражал высшую степень неуверенности и отчаяния.

– Вы сначала представьтесь и успокойтесь. На вас лица нет.

– Да, конечно. Сергей Левин. – Молодой человек даже привстал с кресла и протянул Юле руку. – Понимаете, какое дело… Я долго не решался прийти к вам. Ситуация странная, а у меня совершенно никакого опыта в таких делах. Возможно, все, что случилось, не имеет к криминалу никакого отношения, но надо знать Лору, понимаете?

– Лора – это кто?