Я вылечу твою собаку

Я расплакалась. Впервые за два месяца с момента приезда в Лос-Анджелес в поисках счастья, удачи, любви, а главное – исполнения мечты. Сегодня я использовала последний козырь – российский диплом ветеринарного врача. От отчаяния и безденежья я переступила порог клиники для животных «Любимцы ЛА». Но хозяин стильного заведения, он же главврач, с вежливой улыбкой сообщил, что мой диплом в Штатах недействителен.

Обсуждать больше нечего, я направилась к выходу. Мне было стыдно до слез, ведь эта клиника казалась последним шансом, попыткой удержаться на краю бездны. Деньги закончились вчера, съемную квартиру пришлось покинуть сегодня утром. Чемодан с вещами я сдала в камеру хранения: он был тяжелый, и сил таскать его уже не осталось. Утренний перекус состоял из чашечки кофе и тоста с джемом. Голова к вечеру кружилась от голода, а работу я так и не нашла. Доступные предложения влекли за собой неприятные обстоятельства, и я не готова была их принять из нравственных соображений.

– Джил, подождите! – окликнул врач.

«Ну, и имя я себе придумала, до сих пор не могу привыкнуть», – мелькнула в голове мысль. Я обернулась, да так резко, что меня бросило в сторону. Чтобы устоять на ногах, пришлось прислониться к дверному косяку. Мужчина подошел, взял запястье и сосчитал слабые конвульсии вены в моей руке.

– Вы ели что-нибудь сегодня?

– Да, конечно, да, – поспешно ответила я, тяжело сглотнув. От мыслей о еде совсем поплохело.

– Вы меня обманываете, – врач взял меня за подбородок и заставил взглянуть на него.

Мне хотелось убрать чужую руку со своего лица, но, встретившись с доктором глазами, я замерла. Живой, горячий, небезразличный взгляд, выточенный нос, красиво очерченный рот – не мужчина, а картинка из журнала. «Пациент скорее жив, чем мертв», – горько усмехнулась я про себя, радуясь, что еще реагирую на внешние раздражители. Хотя что мне до его красоты? Да и как работодатель он не состоялся.

– Мне неловко, – пробормотала я и кинула взгляд на бейджик, – но…

– Что это? – перебил врач, не желая слушать возражения. – Гордыня, отчаяние? Я не хочу, чтобы вы погибли за порогом моей клиники. И напомню: меня зовут Леон Берри.

Мужчина вынул носовой платок и аккуратно вытер следы слез и потекшей туши с моего лица. Он достал из кармана флакон с таблетками, растворил одну в стакане воды и, не говоря ни слова, протянул лекарство. Я выпила кислый на вкус напиток, и в голове немного прояснилось.

– А теперь мы поедем и поужинаем, коллега, – врач взял меня под локоть и вывел в холл. – Присядьте на диван. У вас есть минут пять прийти в себя.

Девушка-администратор вышла из-за стойки, помогла боссу снять халат и подала плащ. Вышколенная по первому классу, она не просто внимательно слушала указания, но и конспектировала в блокноте.

Я наблюдала за мужчиной с неподдельным интересом, а в сознании плавали слова: «грациозен и амбициозен». Откинув голову на спинку дивана и спрятав ноги под журнальный столик, я незаметно скинула туфли. Отведенные пять минут не прошли, а мне уже стало лучше. Интересно, что это за чудо-лекарство?

Спокойствие постепенно окутывало душу, интуиция подсказывала, что все образуется. Я начала внимательнее изучать своего спасителя. На вид Леону Берри было около сорока лет. Его осанке позавидовали бы даже Виндзоры. Светло-русые волосы, зачесанные назад, высокий умный лоб, светлая кожа, бирюзового цвета глаза. Все это прекрасно уживалось рядом с монгольскими скулами, а образ довершала голливудская бородка. Мы были примерно одного роста, когда я, при своем стандартном росте модели, стояла рядом на каблуках. Какое счастье, что удалось их скинуть ненадолго! Уверенность, сквозившая в каждом движении мистера Берри, говорила о том, что он прекрасно управляется с жизнью и знает цену себе и ей. «Вам бы в кино сниматься», – резюмировала я и скользнула взглядом по его левой руке – кольцо отсутствовало. Я закрыла глаза и представила, какая женщина идеально подошла бы моему новому знакомому.

– Джил, – врачу пришлось окликнуть меня, чтобы вернуть к действительности. В попытке привлечь внимание мужчина пощелкал пальцами в воздухе. Я испуганно встрепенулась, но, заметив добрую смешинку в глазах, улыбнулась ему. – Джил, вы мне доверяете?

– Да, – я не понимала, шутит он или говорит всерьез.

– Тогда выбросьте все дурные мысли из головы и поехали.

Я положила руку в его ладонь и ощутила приятное тепло от соприкосновения. Какие разные бывают рукопожатия, холодные и равнодушные, противные и влажные, вялые и восковые, но есть крепкие и дружеские, горячие и сильные, как у мистера Берри. Когда мы уходили, администратор бросила на меня недружелюбный взгляд. Но мне до девушки не было никакого дела. В последнее время я стала замечать, что за вежливой улыбкой чаще прячется равнодушие, нежели искренность. Леон – приятное исключение.