Я тебя не помню (СИ)

– Он меня заставил! Я не виновата, Настя. Ты слышишь меня?

– Что ты наделала? – я замерла на месте, придавленная грузом слов. – Ты ему все рассказала? И про малыша?

– Нет, конечно. Он требовал только твой адрес. Прости!

От истеричных извинений подруги легче не становится, ведь моя жизнь рушится за доли секунды. Сбрасываю звонок, судорожно убираю телефон в сумку и ускоряю шаг.

Почти перехожу на бег.

– Я свободна. Я вольна идти куда угодно, – утешаю себя хриплым шепотом, задыхаясь от бега.

Бегу домой. Точнее в то место, которое считала своим укрытием от семьи Багровых.

Нужно забрать документы. Купить билет на поезд к родителям в родной город. Убраться от Багрова к чертовой матери.

«Сбежать», – огнем горело в сердце и в мыслях.

Добравшись до дома, я взяла себя в руки, но долгое время не могла вспомнить, куда дела свой паспорт. Жизнь еще не научила держать паспорт при себе. Еще не проучила как следует – слишком сладкой была жизнь под защитой мужа.

Наш брак продлился недолго. Его убили почти сразу после нашей свадьбы. Я не успела понять какого это – быть женой.

Я нашла паспорт в спальне. Здесь я провела кучу бессонных ночей и, кусая губы от боли, обвиняла жизнь в несправедливости лично ко мне. Мой муж не был плохим человеком. За что его убили?

И что его брату надо от меня?

Для чего он ищет меня?

О беременности знала только я и Рита. И в карточке медицинской написано. Я нигде не светилась, потому что если Багровы узнают, что я беременна от их сына – они заберут ребенка. Такой влиятельной семье не нужны такие невестки. Его родители так и говорили обо мне. А ребенок – это святое. Это их кровь. Заберут его, а меня вышвырнут прочь.

Я бросилась к окну, цепляясь пальцами в подоконник. И едва не закричала: внизу стоял знакомый кортеж из черных машин. На таком только Багров из Петербурга рассекает. Только Багровы могли позволить себе многое и даже больше. Я знаю, потому что сама каталась в таком сопровождении после того, как муж сделал мне предложение.

Крепко схватив сумку, бегу в прихожую.

Ничего не потеряно. Он еще не здесь.

Обуваюсь.

Ничего не потеряно. Он не знает о моей беременности. Это только мой ребенок. Никому не отдам.

– …

Я распахнула дверь и не смогла проронить ни слова.

Моего лба моментально коснулась ледяная сталь. Дуло пистолета. У Саши было много оружия, он показывал мне его, но никогда не рассказывал, для чего оно ему нужно.

Прикосновение холодного металла я не спутаю ни с чем.

– Слишком долго прожила, – буквально выплюнул он. Незнакомец, пришедший меня убить.

Других мыслей не было – я понимала, зачем он пришел.

Я думала, хуже Багрова не встречу никого. Ошибалась.

– Довольно путаться под его ногами, – пробасил он, замахнувшись на меня пистолетом.

Висок стал влажным. Лопатками я ощутила крепкую стену, вскрикивая от боли.

Чудовище затолкнуло меня в квартиру, на лбу саднила рана. Я не понимала ни одну его фразу.

– И что они нашли в тебе? Помешались на одной шлюхе, которая только ноги раздвигать умеет… – грязный ощупывающий взгляд прошелся по моему телу и остановился на животе.

Шея бандита вытянулась. Взгляд стал осознанным.

Перед ним – беременная женщина.

Но это меня не спасет. Краем глаза я стала искать острые предметы. На туалетном столике стояли ваза да расческа. Второе бесполезно, а схватить первое не успею. Тяжелая ваза. Пистолет легче сместить. И выстрелить легче.

– Не надо. Я в положении, – проблеяла холодными губами.

– От кого хоть? – скривились губы бандита. – Надо доложить, от кого беременна была.

Что за глупый вопрос?

Меня затрясло. От кого я могу быть беременна? Они знают, чьей я женой была, раз пришли сюда.

По лбу стекла капелька пота. Или крови. Не ощущала. Перед глазами все замельтешило.

«Беременна была», – зацепилось в голове. Была.

Меня не оставят в живых. Очевидно. Из обрывистых фраз не удавалось составить единый пазл. Было только одно ясно – беременную женщину Багрова оставлять в живых нельзя. Мешает. Слишком долго прожила после смерти мужа.

Я тихо вскрикнула: бандит коснулся меня рукой. На его пальцах была кровь. С моего виска.

– Да ты, похоже, ничего не знаешь, – ухмыльнулся бандит.

Я скосила взгляд сквозь его толстые пальцы. Взгляд остановился на безымянном – на нем было кольцо с бордовым камнем. Я тихо выдохнула, незаметно склоняясь в сторону вазы.

– Даже не знаешь, от кого беременна, шлюха, – рассмеялся он.

На лице ублюдка не было ни единого шрама. Никаких опознавательных знаков. Люди, пославшие меня убить, выбрали идеального убийцу.

Я стиснула зубы и дернулась.

Вправо. Где ваза.

Но висок прожгла боль, и я поняла – не успела.

Прозвучал выстрел.

Я закричала, ожидая боли. Смерти ожидая.

Тяжелое коренастое тело бандита внезапно стало оседать и падать на меня. Перед тем, как он упал на меня, я увидела в его глазах равнодушную тьму.

Задыхаясь под натиском мертвого тела, я услышала шаги. В следующую секунду груз исчез. От ужаса подогнулись ноги, и я по стенке сползла вниз. Мне было страшно. Я не хотела терять ребенка.

– Успокойся, Настя.

Низкий баритон. Хриплый. Тягучий. Но такой же опасный.