Я — солдат, и ты — солдат

Здравствуй, брат Тима! Как видишь, слово своё я держу твёрдо: обещал написать тебе отдельно и пишу. А что не сразу прислал письмо, ты не удивляйся. Когда я только прибыл в часть, только переоделся в военную форму, только начал привыкать к новым порядкам, честно говоря, не до писем было.

Ты ведь, Тима, даже понятия не имеешь, что значит быть солдатом. Тебе кажется: надел на голову пилотку, нацепил на себя ремней побольше, вооружился автоматом, пистолетом, гранатой — и готово! Боец!

А на самом-то деле не так это просто.

За один раз я, конечно, про всё тебе рассказать не сумею, но понемногу в каждом письме буду описывать солдатскую жизнь, а ты мотай на ус. Пройдёт время, настанет твоя очередь служить в армии, очень тебе эти «усы» пригодятся.

Словом, у меня такое предложение: я — солдат и ты старайся быть солдатом.

Договорились?

Кое-что я в письмах и рисовать буду, чтобы тебе веселее было в военных делах разбираться. А пока привет и лучшие пожелания…

Поёт труба. Дневальный кричит: «Подъём!», и начинается новый солдатский день. На то, чтобы вскочить с постели, одеться, обуться и встать в строй, нам дают ровно две минуты. И, между прочим, бабушки рядом нет, дедушка не уговаривает: «Вставай, миленький, поздно уже!» И мама с тебя одеяло не стаскивает.

Только успеешь подняться — бегом на улицу. А старшина уже командует: «На физзарядку становись!» Сначала я очень удивлялся: на дворе дождик крапает, ветер свистит или даже снег идёт, а физзарядку никто и не думает отменять. Теперь привык и не удивляюсь.

Зарядились — летим умываться. Если бы ты, Тима, послушал, как солдаты зубы чистят! Когда, брат, двести зубных щёток дружно, разом по зубам ширкают, — эт-то же настоящая музыка! Это же, можно сказать, сводный оркестр!

Оглянуться не успеешь — время завтракать. И никто не спрашивает, есть у тебя аппетит или ещё нет, желательно тебе макароны получить или кашу и будешь ты кашу сахарить или так есть. Что на стол поставлено, тем и питайся. И поторапливайся: не управишься вовремя— тебе же хуже: на голодный желудок очень даже тяжёлой солдатская служба покажется.

Сегодня воскресенье, времени у меня свободного больше, чем в обычные дни, могу написать подробнее.

Недавно был у нас в полку праздник. Отмечали день рождения части. Ты, конечно, слышал про парады и в кино видел. Вот и у нас сначала был парад. Стали мы все в строй. Перед строем вынесли боевое знамя. Командир сказал речь, всех поздравил. Потом соревнования всякие проводились: по бегу, по прыжкам, по стрельбе.

Приехали к нам на праздник гости, и среди них Герой Советского Союза Иван Андреевич Попов. Мы о нём уже и раньше слышали. Он во время Отечественной войны служил в нашем полку и много геройских поступков совершил. Об одном он нам рассказал.

Как-то раз на его роту двинулось сразу десять танков. Иван Андреевич приказал солдатам притаиться и не стрелять. Всем, конечно, страшно: посиди-ка в окопе, когда на тебя танки лезут, и стреляют, и вот-вот гусеницами раздавят. Ну, солдаты глядят на своего ротного, а он привалился к стенке окопа и как ни в чём не бывало травинку кусает. Вроде бы даже улыбается.

А танки всё ближе и ближе. Кругом пыль, грохот…

Тут Иван Андреевич и говорит:

— Держись, ребята, трус сто раз помирает, а герой — только один!

Когда танки совсем уже близко подошли и казалось, вот сию минуту всех передавят, только тогда бросил ротный первую связку гранат. А за ним и все солдаты стали гранаты швырять. Восемь фашистских машин вспыхнули как свечки, а две еле-еле уползли.

Кто-то из наших ребят спросил у Ивана Андреевича, неужели ему не было страшно. И он так ответил:

— Конечно, было страшно. Тем более, что бой этот случился в самом начале войны, когда и я сам и мои солдаты не очень привыкли воевать. Но я знал, что танк вдали гораздо опаснее, чем вблизи.