Я оставляю выбор за собой

– Ну а теперь мы вас с папой хотим поздравить! – Ирина Михайловна подняла бокал с шампанским. – Две наши девочки, две наши красавицы наконец-то получили высшее образование, и теперь мы за них спокойны!

Ксюша и Настя переглянулись и заулыбались, девчонкам было по 22 года, двойняшки, но не близнецы и, наверное, именно поэтому и образование себе выбрали совершенно разное. Ксения получила диплом PR и связи с общественностью, а Настя учителя русского языка и литературы.

– И конечно, на этом семейном празднике, – слово взял их отец, Владимир Николаевич, – мы хотим преподнести девочкам подарки!

Ксюша от восторга даже зааплодировала, а Настя только благодарно улыбнулась, сестры и эмоции всегда проявляли по-разному: яркая, экспрессивная Ксения, зажигалочка в любой компании, и тихая, скромная Настя, которая всегда была «запасным игроком» на фоне своей искрящейся и великолепной сестры.

– Девочки, мы вам дарим однокомнатную квартиру! – Мать семейства в порыве чувств вскочила со стула, торжество по случаю получения двойняшками диплома отмечали в кафе. – Вот от нее ключи! – И женщина протянула Насте коробочку, перевязанную красной ленточкой.

Ксения не смогла скрыть разочарования и в ответ лишь громко фыркнула:

– Однокомнатная на двоих? Как вы себе это представляете?

Настя легонько ударила сестру по руке:

– Прекрати! Ты с ума сошла? – Она сделала «страшные глаза». – Родители же старались! Спасибо большое!

Владимир Николаевич насупился:

– Ну и что, что одна на двоих, зато своя, зато полностью обставленная, ты хоть представляешь, сколько мы с матерью на нее копили? Мне бы кто после института такой подарок сделал, да я бы умер от счастья, а вы, неблагодарные, морды воротите.

Настя опешила, как обычно, под горячую руку и ей досталось ни за что.

– Прекрати, отец, – Ирина Михайловна села за стол и пододвинула к себе тарелку с закусками, она автоматически принялась жевать колбасную нарезку, – вот видишь, зря мы старались, девочкам наш подарок не понравился!

– Да я-то здесь при чем? – справедливо возмутилась Настя. – Это Ксения с ума сходит!

– Я не схожу с ума. – Ксюша дотянулась до бутылки и сама наполнила себе бокал шампанским. – Просто я не понимаю, как мы с Настей должны жить втроем в однокомнатной квартире?

– Почему втроем? – мрачно переспросил отец. – Ты своего Вадика, что ли, в квартиру притащить собираешься? Так вот, что я тебе скажу, пока вы не поженитесь, ни о каком совместном проживании и речи быть не может! Еще не хватало, чтобы моя дочь сожительницей стала!

Владимир Николаевич вскочил на ноги, с грохотом отодвинул стол и выскочил на улицу перекурить и унять расшатавшиеся нервы. Он был человеком старой формации и в свои сорок семь лет и слушать не хотел ни о каких гражданских браках и прочих новомодных явлениях современной молодежи. С Ириной Михайловной они поженились сразу после института и счастливо прожили на законных основаниях двадцать пять лет.

Именно такой жизни он и желал своим дочерям, и хотя Ксенией он гордился намного больше, чем Настей, о Ксюше он переживал больше – она яркая, красивая, необыкновенная, еще не хватало, чтобы она согласилась на сожительство без брака.

Откуда ему было знать, что его любимая дочка вот уже четыре года спит со своим Вадиком, а последний год они вместе снимают комнату для встреч в квартире у полуслепой бабки-пенсионерки.

– Папа, ну ты чего! – Настя вышла следом за отцом, она была в джинсах и белой футболке, с легким макияжем, волосы туго убраны в высокий хвост, да его дочки были, несомненно, красивы, но Настя какая-то блеклая, что ли… Естественно, на фоне ее сестры Ксении.

– Папа! – Настя обняла Владимира Николаевича за плечи. – Ну, Ксюха сморозила глупость, ну, ты же ее знаешь! Не расстраивайся! Мы очень вам с мамой благодарны за квартиру, о таком подарке можно только мечтать!

– Хорошо, дочка! – Владимир Николаевич чмокнул девушку в макушку. – Пошли в зал, а то мать там сейчас еще больше расстроится, что нас нет.

Когда они вернулись в кафе, атмосфера там стала еще более напряженная, Ксения мрачно допивала шампанское, а Ирина Михайловна молча доедала все закуски со стола.

Настя села и испуганно перевела взгляд с сестры на мать, она всегда чувствовала себя виноватой, когда они ссорились, а ссорились они часто, и как могла пыталась сгладить ситуацию.

– Мама, – робко начала Настя, – я сейчас папе сказала, как мы с Ксюхой вам благодарны…

– Говори за себя! – не выдержала Ксения и вскочила на ноги. – Это глупый подарок, для вида! Зачем нам двоим одна квартира? Ни парня привести, ни толком отдохнуть! Это издевательство какое-то, а не подарок!

И с грохотом уронив стул на керамогранитый пол, девушка выбежала из кафе.

За столом повисла напряженная тишина, Ирина Михайловна обиженно шмыгала носом, готовая вот-вот разреветься, а Владимир Николаевич снова убежал курить на свежий воздух.