Я ненавижу мужчин!

Джон Доу вздрогнул всем телом и проснулся. Его разбудил отчаянный женский крик. Лежа в постели с бешено колотящимся сердцем, он несколько секунд прислушивался, пытаясь сообразить, не было ли все это плодом его ночных кошмаров.

Но крик раздался снова, пронзительный и полный ужаса. Джон вскочил прежде, чем тот успел оборваться. Быстро натянув шорты, молодой мужчина выбежал из спальни и, проскочив гостиную, оказался на улице, оглядываясь по сторонам и ища хоть какую-то подсказку, которая помогла бы ему сориентироваться и понять, откуда доносился зов о помощи. Вглядываясь в сторону моря, он предполагал увидеть тонущего, но серебряно мерцающая в свете полной луны водная гладь была спокойна, лишь легкие волны лениво набегали на берег. Судя по звуку, крик доносился даже не с пляжа, а с гораздо более близкого расстояния.

И вдруг он послышался снова. Повернувшись лицом к соседнему пляжному домику, мистер Доу заметил силуэт мужчины, торопливо спускающегося по лестнице с веранды.

Кричала Диана. Теперь он узнал голос своей соседки, и его сердце заколотилось так, что чуть не выскочило из грудной клетки.

— Эй! — окликнул Джон странного типа.

Тот от неожиданности замер. Но густая ночная темнота не позволяла как следует разглядеть нарушителя спокойствия. Однако у Джона уже зашевелились подозрения. Он почти был уверен, что знает, кто это, и, не теряя ни секунды, рванул к невысокому заграждению, отделяющему соседний дом от его временного пристанища. Имя Гордона Чейза подобно сигнальной лампочке вспыхнуло в его сознании. И это обстоятельство заставило действовать еще быстрее.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — прорычал он.

Но человек, до той минуты стоящий неподвижно, повернулся и бросился прочь.

Холодок пробежал по всему телу Джона, заставляя поверить в то, что здесь действительно происходит что-то нехорошее. Просто так, не имея на то причины, люди не станут убегать без оглядки. Не долго думая, он бросился следом по газону и без труда перемахнул через кирпичное заграждение. Но фигура убегавшего уже исчезла за углом. Когда Джон наконец обогнул веранду, то успел увидеть лишь красные габаритные огни отъезжающего по узкой дороге автомобиля.

Выругавшись, он решил вернуться обратно. Добежав до дома и перескакивая через две ступеньки, Джон поднялся на веранду и тут же заметил, что дверь в комнату широко распахнута. Осторожно войдя внутрь, он оказался в полной темноте.

— Диана! — позвал он. — Ты в порядке?

Ответа не последовало.

— Диана!.. — пришлось ему крикнуть снова, на этот раз громче и резче.

И опять тишина.

Раньше мистеру Доу никогда не доводилось заходить сюда. Поэтому сейчас ему пришлось напрячь зрение, чтобы, угадывая очертания стен и мебели, разглядеть окружающую обстановку. Продвигаясь вперед, он неожиданно врезался во что-то твердое и, автоматически вытянув вперед руки, на ощупь добрался до стола со стоящей на нем лампой. Включив свет, Джон огляделся. Этот дом был похож на тот, в котором жил он сам. Оказавшись в центре гостиной, заполненной плетеной мебелью, мужчина повернулся спиной к окну. В проеме противоположной стены виднелась кухня и две двери, которые вели скорее всего в ванную и спальню.

— Диана! — позвал он громко, направляясь к дверям. Одна из них оказалась слегка приоткрыта. Джон вытянул руку и толкнул ее, позволяя свету проникнуть внутрь.

То, что он увидел, заставило его застыть на месте. Комната была похожа на помещение, устоявшее после восьмибальных подземных толчков, а сама Диана сидела на полу, совершенно неподвижно и ни на что не реагируя. Неяркий свет от лампы падал на ее склоненную голову. Волосы девушки были всклокочены, шелковым дождем в беспорядке спадая на лицо и полностью скрывая его. Она сидела, обхватив себя руками. Длинные тонкие пальцы подрагивали на плечах. Лохмотья, оставшиеся от ее розового трикотажного платья, бесформенной кучей валялись рядом на полу.

— Боже! — выдохнул Джон. Кровь застыла у него в жилах, когда он начал осознавать, что здесь произошло совсем недавно.

— Уходи, прошу тебя, уходи! — произнесла вдруг Диана, с трудом выговаривая слова. Ее горло сжимали рыдания, которые она едва сдерживала.

Игнорируя ее слова, Джон с мрачным видом подошел к несчастной. Его лицо, переполненное ненавистью к негодяю, только что побывавшему здесь, превратилось в маску, которая наверняка испугала бы девушку выражением откровенной беспощадности, если бы она в этот момент взглянула на него. Мужчина присел перед ней на корточки.

— Тебе больно? — хрипло спросил он, слегка дотронувшись до ее волос.

Но тут одним резким движением Диана вскочила на ноги, повернулась к нему спиной и задрожала от прорвавшихся наружу рыданий. Джон лихорадочно пытался решить, что следует делать дальше, потому что ему стало ясно: здесь произошло нечто ужасное, мерзкое. Диана была в шоке и, может быть, даже…

— Я ненавижу тебя, ты знаешь об этом? — приглушенным голосом выдавила она внезапно. — Ненавижу за то, что ты заявился сюда!