Я не кукла

Александра потратила почти целый день на магазины, хотя и составила накануне список необходимых покупок. Предпраздничная суета вовлекла ее в свой водоворот, и она долго бродила, разглядывая груды товаров и выбирая подарки.

Наконец, забив салон своей машины свертками и коробками, она направилась домой. Только ей показалось, что она преодолела все заторы на дорогах, как попала в новую пробку.

Светофор упорно смотрел на нее красным глазом, не пуская вперед. Находясь в правом крайнем ряду, Алекс устало поглядывала на снующих мимо нее прохожих. Вдруг ее взгляд выхватил из толпы знакомую женскую фигуру, развевающиеся огненного цвета волосы которой заставили больно сжаться сердце Алекс, разбередив с таким трудом зарубцевавшуюся рану.

Женщина энергичной походкой приближалась к машине Алекс. Неожиданно она посмотрела в ее сторону, и их взгляды встретились. Алекс уловила в ее глазах смятение и испуг. На секунду задержавшись, женщина резко повернулась и пошла в обратную сторону, унося с собой тяжелые воспоминания Алекс.

Посмотрев вперед, Александра увидела радостный зеленый свет светофора и облегченно вздохнула. Скоро она будет дома!

Телефон зазвонил, когда Алекс, уложив близнецов, спускалась по лестнице. Недовольно ворча, она крепче прижала к себе шестимесячного Джеми и сбежала по ступенькам в холл. Поднеся руку к телефонной трубке, она вдруг остановилась, увидев свое отражение в зеркале над столиком для телефона. Господи, на кого я похожа! – с досадой подумала она. Закрученный на макушке узел светлых волос съехал набок, выбившиеся из него пряди намокли и в беспорядке свисали вдоль раскрасневшегося лица и шеи, на голубой блузке темнели мокрые пятна – следы купания трех малышей. Да еще Джеми определенно стремился усугубить общую картину, дергая за пуговицы в попытке добраться до ее груди. Он никогда не страдал отсутствием аппетита и как всегда проявлял нетерпение.

– Нет. – Александра мягко, но решительно отцепила пальчики малыша от блузки. – Подожди. – Она поцеловала сына в пушистую головку и сняла трубку, все еще хмуро глядя на свое отражение.

– Алло? – рассеянно спросила она. Поглощенная другими мыслями, Алекс не заметила короткой паузы перед тем, как на другом конце провода прозвучал осторожный ответ:

– Алекс? Это Аманда.

– Привет, Мэнди! – От приятной неожиданности выражение лица в зеркале смягчилось, и Алекс вдруг осознала, какой у нее был сумрачный вид. От этого она снова нахмурилась, на этот раз озадаченно, подумав о том, что в последнее время это происходило с ней слишком часто.

– Джеми, подожди немного, пожалуйста, – сказала она дергающему ее блузку малышу.

Он недовольно посмотрел на мать, и та, поддразнивая, ответила ему нарочито сердитым взглядом, в то время как ее синие глаза светились любовью. Быть может, он был самым своенравным и капризным из троих детей, но она обожала его, как, впрочем, и всех остальных. Да и могло ли быть иначе, если каждый раз, когда она заглядывала в эти серые, с сизым оттенком глаза, ей казалось, что это Дэйв смотрел на нее?

– Разве твои отпрыски еще не спят? – недовольно спросила Аманда.

Она не скрывала, что дети раздражали ее. Мэнди была олицетворением светской женщины. У нее не было времени для детей. Высокая, стройная, рыжеволосая, изысканная – она шагала по жизни совсем не так, как Алекс – жена, мать, хозяйка дома. При этом Аманда оставалась лучшей подругой Алекс, хотя, возможно, в этом утверждении таилось некоторое преувеличение. Скорее, она была единственной подругой, с которой Алекс поддерживала дружескую связь еще со школы. Да и из всех приятельниц только она жила сейчас в Лондоне, как и Александра. Остальные обосновались на родине, в Чешире.

– Двоих уже уложила, сейчас буду укладывать третьего, – объяснила Алекс. – Джеми надо покормить, но он может подождать, – добавила она, чтобы умиротворить Аманду.

– А Дэйв? – спросила Аманда. – Он уже дома?

Почувствовав в тоне подруги еще большее неодобрение, Алекс улыбнулась. Аманда и Дэйв не ладили между собой. Каждый раз, когда им случалось оказываться в одной компании, между ними словно проскакивали враждебные искры.

– Нет, – ответила Алекс и добавила улыбаясь: – Можешь спокойно обзывать его, как хочешь. Он не услышит.

Это была шутка, причем не новая. Александра всегда позволяла Аманде изливать свою неприязнь к Дэйву, когда того не было рядом. Это давало подруге возможность освобождаться от тех слов, которые она хотела бы высказать ему в лицо, на что у нее никогда не хватало смелости. Но на этот раз в ответ на разрешение последовало странное молчание, и Алекс вдруг почувствовала в легком потрескивании в телефонной трубке необъяснимое напряжение.

– Что-нибудь не так? – резко спросила она.

– Черт, – пробормотала Мэнди. – Да. Можно сказать, да. Послушай, Алекс, я чувствую себя, как последняя сволочь, но ты имеешь право…