Я болен тобой

Уже месяц я учусь во вторую смену в этом элитном финансовом институте, и каждый вечер ближе к концу пар я пытаюсь вспомнить как меня вообще угораздило сюда поступить. Высшие силы нашей вселенной так пошутили? Где вообще был тот момент, когда я разгневала эти самые высшие силы и оказалась тут?

С этими мыслями я сгребаю учебники по философии после окончания последней пары и плетусь к расписанию, чтобы убедиться, что завтра будет такой же ужасный день.

– Нечего тут торчать, поехали домой уже, – слышу позади Сонин голос.

Не оборачиваясь к подруге, запихиваю листочек с переписанным расписанием в карман джинс, немного стыдно, что до сих пор не выучила расписание нашей группы. Надо признать, что в школе учеба была гораздо сложнее, чем в одном из лучших финансовых вузов страны. Я училась в математическом классе, где обычная школьная алгебра и геометрия закончились ещё в средней школе, а старшие классы были минимум по четыре часа в день забиты линейной алгеброй, математическим анализом, теорией вероятности, математической статистикой и далее по списку точных наук. Нам разрешали читать Толстого в кратком изложении и путать даты на уроках истории. Нас готовили так, чтобы мы не тратили много сил на учебу на первых двух курсах мехмата МГУ или МФТИ. В выпускном классе обязательны были спортивные секции, дополнительные кружки по непрофильным предметам, тонны домашней работы по математике, в итоге спать получалось максимум по шесть часов в сутки. Видимо, от недосыпа какой-то демон сумел дернуть меня в сторону финансового вуза, мозг по природе лентяй, захотел передохнуть немного. Ну вот, отдыхай теперь мозг в восемь вечера на паре по философии. Ха!

– Да, поехали на лифте только. Тебе в гардероб нужно?

– Нет, я так пришла.

Соня, как и я, в пиджаке, днём было довольно жарко для октября, но сейчас я надеюсь, что бежать до метро от холода не придётся.

К вечеру лень окончательно сковала тело и мозг, двигаться совсем не хотелось, или это так последняя пара по философии подействовала? Утешала я себя только мыслями о том, что философия – это обязательный предмет на первом курсе и страдают, а точнее, познают сущность и врачи, и математики, и юристы, и финансисты.

Мы с Соней медленно плелись к лифтам, студентов в коридорах уже почти не было, в этом крыле здания во вторую смену учились только аудиторы, иногда можно было встретить старшекурсников, но после вечерних пар обычно все быстро сбегали из института. Мы с Соней жили на одной ветке метро, поэтому часто уходили домой вместе. Ну как на одной ветке метро, она-то от метро идёт пешком минут шесть, а я от конечной станции ещё как минимум сорок минут на маршрутке, в область. В итоге, домой каждый вечер я попадаю ближе к десяти вечера. Благо, учеба настолько простая, что домашку всю можно за эти сорок минут на коленках в маршрутке и сделать, а вечером дома сидеть в интернете, пить чай и слушать музыку. Никакой математики!

Лифт, как обычно, не едет. Видимо, в режим лени по вечерам в этом институте входят не только учащиеся. Рядом с лифтом в коридоре небольшой столик, на нем стопкой лежат учебники, английский, но книжка не как у нас, блокнот, ещё что-то, хм, похоже старший курс.

– Сонь, смотри, вот она настоящая лень. Кто-то даже барахло своё не стал забирать, все равно завтра опять на учебу, чего его туда-сюда таскать, – ржем вместе.

– Я бы свои учебники не оставила, – сквозь смех выдаёт Соня, – я хожу через парк, мне надо чем-то от маньяков отбиваться, в случае чего.

Меня накрывает, ржу в голос. Вспоминаю, как неделю назад видела полуживого наркомана у себя в подъезде, тут арматуру или газовый баллончик надо с собой носить, а не методичку по английскому.

– Ты сегодня как из метро выйдешь, перед парком сразу томик философии достань, маньяк точно побоится подойти.

Не успевает Соня ответить, сквозь смех мы слышим шорох на лестнице, рядом с лифтом. А затем мимо нас шагает парень, кинув презрительный взгляд в нашу сторону, забирает со столика своё барахло и развернувшись к нам спиной ждёт, когда приедет лифт.

Так, а кнопка лифта не была нажата, когда мы подошли, или была? Он все слышал, зачем он там стоял, что он делал на лестнице? Пофиг, мы ничего плохого про него не говорили, вроде бы. Высокий, широкие накаченные плечи, прямая спина, короткая модная стрижка, чёрная кожаная куртка, чёрные брюки и пачка учебников в руках. Всё, больше из образа ничего не выжать, но, вроде бы, не опасный и дьявольски привлекательный.