Я беременна, господин босс!

ТАНЯ

- Что-то ты на лимоны налегаешь, Танюш!

Тетя Света заботливо подрезает кислый цитрус на блюдечко.

- Кушай, кушай, солнышко! Наверно витаминов не хватает. – хитро прищуривается тетушка.

Только что возвратилась из командировки, в которой… воспоминания тут же подкидывают образ высокого, загорелого, бронзового мужчины. Восточного мужчины. Бешённого и не обузданного, как само южное солнце. Господи, Таня, что же натворила?!

С досады беру еще один тончайший ломтик и с причмокиванием кладу себе на язык, чтобы в полной мере ощутить приятную фруктовую кислинку.

- А грудь-то тоже подросла, Танюш! Налилась. – подмигивает тетечка, - И загорела вся, и похорешела… Не спроста это, Танечка! Знаю я этот вид у женщин. У нас у баб он случается лишь одном случае: если мужик хорошо и качественно от…!

- Ох, тетя Света, ну что вы такое говорите! – обдает меня жаром. – Я же в командировку ездила, по работе!

- Смотри мне Танька! Как твоя мамочка покойная, сестрица моя, та тоже светилась медным тазом, только не лимоны поедала, а огурцы соленые, а потом тебя в подоле принесла! А ты Танька – умнее будь. Хоть немного для себя поживи. Не приноси мне еще один рот в семью. Я и так уже старая, моей пенсии на тебя и моих собственных детей не хватает!

- Тетя Светочка! – поднимаюсь я из-за стола.

- Что, нагуляла в Сочи-то своем от мужика, признавайся!

Тетя Света заменила мне маму, мамочка умерла при родах. Ей было всего девятнадцать, когда она меня родила. От кого, я так и не знаю. Теперь и не узнаю. Тетя Света была старше мамы. Намного. У нее уже были свои дети, но она приютила меня. Воспитала как свою дочь, никогда различий между мною и сестрами не делала, и я ей очень благодарна.

- Тетечка… встретила ЕГО. Понимаешь?!

- Я-то понимаю, Танюш… - берется за голову теть Света. – Видимо снова мне старой все тянуть одной!

- Теть Свет, мне уже двадцать три! Я работаю в крупной компании помощником генерального директора! Времена другие уже, теть!

- Ладно Танюш, чего на сейчас попусту языками чесать? Задержка есть у тебя?

Сглатываю ком.

- Должны уже пройти были, а все никак не наступят… - мне до сих пор не верится, что я могла забеременеть в Сочи. А еще больше не верится, что я сейчас разговариваю с тетей на эту тему.

- Тест делала?

- Нет, теть… не до этого было.

- Так! – тетя Света упирается мощными мясистыми руками в столешницу, та надсадно крякает. – Вот что Танюша, идика-ты в женскую консультацию. Что нам эти тесты? Проверяйся наверняка! Коли есть у тебя малой под сердцем – дальше думать будем, как поступить.

ГЛАВА 2

ТАНЯ

Мне непривычно в женской консультации. Не обращалась сюда не разу в жизни, а тут сразу по такому поводу. Да ну, брось, Таня! Тебе что, пятнадцать? Нет, конечно! Уже двадцать три стукнуло, а ты даже не помышляла, что такое вообще может произойти с тобой!

До командировки.

До миллиардера.

Так, стоп.

Потом, все потом!

Делаю глубокий вдох, и вхожу в прохладное помещение, пропахшее хлоркой насквозь.

Моргаю несколько секунд. После солнца глаза плохо воспринимают электрическое освещение.

- Девушка, куда? – противно спрашивает бабулька в регистратуре.

- Мне бы к гинекологу. – сглатываю я ком.

- Адрес назови!

Называю. Вытаскиваю паспорт из сумочки, а у самой руки трясутся от волнения.

До ужаса боюсь, что мои подозрения подтвердятся. А если они, все же черт возьми, подтвердятся?! Что будет? Что же со мной будет?!

Да ничего хорошего, не будет. Повторю судьбу своей бедной мамочки и рожу еще одного ребеночка без отца…

- Сейчас на твоем участке работает Резеда Розмундовна, вот тебе талончик к ней, посиди, через полчаса попадешь.

- С-спасибо, забираю я номерок.

- Да не здесь стой, вон, иди, на скамейке присядь, - прогоняет меня регистраторша.

Беру себя в руки, иду по длинному темному, точно моя жизнь, коридору. Стены тут выкрашены в скучный грязно-зеленый цвет. Несмотря на жару тут стоит больничный холод, пропитанный лекарственным запахом.

В коридоре сидит еще несколько женщин разных возрастов и разной степени беременности.

Опускаюсь на сидение между жующей жвачку молоденькой девушкой в коротком топике и шортах, из которых вываливается часть попы и степенной матроной, убелённой сединами.

- Да, ща, бортанусь по бырику и на пары приду, не парься, кисунь! – нисколечко не стесняясь орет на весь коридор девчуля.

Вздрагиваю. Нет. Аборт я сделать не смогу. Даже если мне будет нечего есть и негде жить, я никогда не убью своего малыша.

- Мне всего девятнадцать, какие нахер дети? – продолжает хлопать жвачкой девица.

Матрона с сединами качает головой. Мне тоже крайне неприятны эти слова. Мне двадцать три, и я попала в такую же ситуацию как эта девица. Хотя, казалось бы, знаю о контрацепции побольше нее.

- Селиванова! На процедуру! – раздается голос из-за обшарпанной двери.

Размалеванная девица встает, поправляя съеденные ягодицами шорты.

- Ну все, кисунь, потом наберу.

Девица роняет телефон в рюкзачок и оборачивается на нас:

- Че вылупились, клуши? Как будто сами никогда в жизни абортов не делали!