ВЗЛЁТ 2012 06

№6/2012 (90) июнь

НА ОБЛОЖКЕ:

Опытный экземпляр многоцелевого истребителя МиГ-29М2 в одном из испытательных полетов, май 2012 г.

Фото: Сергей Лысенко

Ровно год назад, в середине июня 2011-го, на линии «Аэрофлота» вышел первый региональный лайнер Sukhoi Superjet 100. Многие видели, да и продолжают видеть в этом проекте шанс на спасение отечественного гражданского самолетостроения, стагнировавшего на протяжении двух постсоветских десятилетий. Но у «Суперджета» всегда было и немало противников, а скорее – завистников, которые охотно использовали любую искру, любую неизбежную в общем-то задержку для раздувания огня чаще всего беспочвенной критики с требованиями закрыть программу и вернуть к жизни по сути уже устаревшие и объективно неконкурентоспособные на мировом рынке проекты минувших дней.

…В священный праздник 9 мая произошла трагедия. В Индонезии при выполнении демонстрационного полета, столкнувшись с горой, потерпел катастрофу один из опытных SSJ100. Погибло 45 человек, включая экипаж во главе с опытнейшим летчиком-испытателем, шеф-пилотом «Гражданских самолетов Сухого» Александром Яблонцевым, который и дал путевку в жизнь «Суперджету» четыре года назад, а затем провел на нем огромный объем испытаний.

Авиация, как известно, не терпит мелочей, но ведь и не ошибается только тот, кто ничего не делает. Да и вообще, так уж устроена жизнь: к сожалению, самолеты время от времени попадают в летные происшествия. Но еще не найдено было место падения «Суперджета», не говоря уж о бортовых самописцах, как в российском интернете и отдельных средствах массовой информации поднялась истерика: «Вот видите, мы же говорили! Этим должно было все кончиться!». Странно было видеть и слышать, как, не имея еще практически никакой информации, свои «версии» случившегося строили даже те, кто, вроде бы, с авиацией знаком отнюдь не понаслышке.

Официальных выводов пока нет, но они обязательно будут, нужно только время. Но даже заказчики SSJ100, которым, казалось бы, сам Бог велел, «воспользоваться» ситуацией для отмены якобы невыгодных заказов или дополнительного торга, практически единогласно заявили почти сразу после происшествия: все остается в силе, ни один контракт не расторгается.

Катастрофа «Суперджета» – это наша общая беда, наше общее горе. А беда обычно сплачивает. Хотелось бы верить, что разум все же возобладает над обидами и завистью, а выводы комиссии расставят все точки над «и», и уроки из трагедии в Индонезии будут извлечены правильные. Не стоит вестись на поводу у одиозных критиков проекта, какие бы «сочные» тексты они не сочиняли. Расклеивание ярлыков никогда не способствовало развитию.

Спустя год после начала коммерческой эксплуатации в России сегодня у «Аэрофлота» уже восемь «Суперджетов», скоро будет десять. Позади более 3700 рейсов, почти 7000 часов в воздухе, 220 тыс. перевезенных пассажиров. И эти цифры будут неуклонно расти. А скоро, уже в этом году, эти лайнеры должны появиться и у других авиакомпаний – как в России, так и за ее пределами. Хочется верить, что Sukhoi Superjet 100 выполнит ту роль, которая возлагалась на него при старте программы. Докажет на практике, что российский авиапром может строить не только первоклассные боевые самолеты и вертолеты. Что у нас есть еще немалый потенциал и в гражданском самолетостроении, и наши лайнеры могут противостоять продукции грандов мировой авиапромышленности.

С уважением,

Андрей Фомин

главный редактор журнала «Взлёт»

Несомненно, главной новинкой юбилейной пятой международной выставки вертолетной индустрии HeliRussia 2012, прошедшей 17-19 мая в московском центре «Крокус Экспо», стал установленный в центре экспозиции холдинга «Вертолеты России» полноразмерный макет перспективного среднего вертолета Ка-62. Он был изготовлен непосредственно к выставке и дает полное представление о том, как будет выглядеть новый отечественный вертолет, создаваемый в классе взлетной массы 6,5 тонн и предназначенный для перевозки до 15 пассажиров или 2000 кг грузов (на внешней подвеске – до 2500 кг).