Вызов

Ярослав долго лежал в темноте, уткнувшись лицом в жесткую обивку дивана. Ночник бросал небольшой круг света лишь на столешницу стоявшего в углу журнального столика. Он развернулся, лёг на спину и уставился взглядом в потолок, как будто там был ответ на его вопрос «Почему?» Все мышцы резко напряглись, готовые сорвать тело с дивана и заставить действовать. Он давно усвоил: никогда не пытайся перевоспитывать врага, а тем более не давай ему никаких шансов. Это как раз о том, что он только сейчас обдумывал: покончить с Вениамином одним разом или дать ему шанс на исправление.

Тяжело вздохнув, он встал, натянул джинсы и отправился на кухню, решив найти в холодильнике какую-нибудь еду. Приготовленного ничего не было, а готовить сейчас у него не было сил. На нижней полке холодильника стояла непочатая бутылка водки, совершенно забытая, засунутая сюда, бог знает, по какому поводу, да так и прижившаяся… Он достал её, зажав пробку в ладони, прокрутил, оторвав от нижнего пояска. Налил в стакан и, прихватив бутылку, пошёл в комнату, плюхнулся в кресло рядом с журнальным столиком и жадно выпил. Разорвал обертку шоколадного батончика, лежавшего рядом со светильником, но откусывать не стал – налил ещё водки, чуть не полный стакан и заставил себя проглотить содержимое залпом. Закинув голову и прижавшись затылком к спинке кресла, закрыл глаза. Комната чуть заметно заколыхалась, словно он находился на качелях. Он открыл глаза, взял бутылку и сделал несколько глотков, вытер губы тыльной стороной руки и поставил бутылку на стол.

Пришедшая в голову мысль была настолько неожиданной, что сначала он пьяно расхохотался и, покачав головой, допил водку. Откусив, наконец, от вязкого батончика небольшой кусочек, тихо сказал, глядя во мрак: «А почему бы и нет?» Не зажигая верхнего света, подошёл к тумбочке, выдвинул ящик и зашарил там, грохоча накопившимися безделушками. Пальцы наткнулись на гладкий металл, и Ярослав вытащил пистолет. Усмехнулся, пристально буравя металл двумя сузившимися до размера узких щелей глазами цвета чёрного кофе, сжав его в руке, вытянул её вперёд, как бы целясь в недруга, выпятив челюсть, он тихо произнёс, глядя немигающими глазами в злом прищуре в пустоту: «С-сука!»

Помолчал, вытянул сигарету из мятой пачки, подошёл к окну. Несколько минут смотрел в ночь, не в силах признаться самому себе, что набирается решимости. Ветер раскачивал под окном ели, как лёгкие прутики, всё небо было затянуто облаками, так что не удалось бы разглядеть ни единой звезды. И эта погода показалась Ярославу идеально подходившей для задуманного, но он был пока не готов к исполнению задуманного.

***

Ярослав совсем недавно случайно узнал, что его друг детства и компаньон Вениамин Сверчков списывал со счетов фирмы деньги и переводил на свои счета за границей. Шокирующая своей невероятностью истина, сразила его подобно грому, лишив на какой-то момент возможности соображать, и осмысливать происходящее. Совладав с собой, Ярослав подошёл к окну. За ним кипела жизнь: баннеры сверкали рекламой, прохожие спешили куда-то, иномарки неслись друг за другом, гаишники гнались за нарушителями, за дорогой из ограждённой высокой металлической решёткой школы как горох с криками и визгом посыпались первоклашки, Ярослав подумал: «Жизнь каждого человека можно сравнить с дорогой, идущей вдаль со своими ухабами и буграми, скрывающейся за горизонтом и никому неизвестно, что ждёт его впереди, толи взлёт, толи падение».

Они с Вениамином поднялись с самых низов, очень уж хотелось им выбраться из нищеты и они это сделали. Подняли свой бизнес практически с нуля, расширялись и преумножали. А теперь Ярослав не мог понять, что заставило друга так поступить. Неужели ему не хватало денег? Он нанял детектива последить за Вениамином, и сейчас, пока ждал его прихода, стоял у окна своего кабинета и вспоминал, как он начинал свой бизнес, а потом подключил к нему Вениамина. Убедившись, что друг уже давно его обманывает, решил поговорить с ним. Но независимо от результатов разговора, понял, что не сможет больше ему доверять. «Ну и как теперь быть с другом? – спрашивал он себя, – может, пристрелить нахрен? Но ведь друг! Рука не поднимется попортить шкурку».

В тысячный раз он с горечью спрашивал себя: «Почему?» Ведь всё начиналось так хорошо. Они оба отдавали все силы для процветания бизнеса, вместе обсуждали планы по развитию комбината, у них уже была сеть магазинов с их мебелью и вдруг… такое предательство, как удар ножом в спину.

***

Когда Ярослав решил выбраться из нищеты, во что бы то ни стало, у него появилась одна «дельная» мысль, где добыть денег.