Выстрел в лесу

Сегодня Вася вернулся домой из училища раньше обычного. Мать после ночного дежурства в больнице была дома, успела уже приготовить обед и пекла пироги. Вася наспех поел, включил радио и принялся чистить ружье. Завтра выходной день, и он сговорился с Вовкой пойти на охоту.

Поглядеть на свет — ствол сияет, но Васе кажется этого мало, и он снова и снова орудует шомполом. Тонкое жилистое тело его при этом наливается гибкой упругостью, лицо розовеет, а светлый льняной хохолок при резких движениях встряхивается и нависает над крутым лбом.

В душе у Васи все звенит и поет. Сегодня у него необычайный день: ему стукнуло шестнадцать, и мать, сдержав обещание, подарила ему отцовскую двустволку. Утром, когда он собирался в училище, она поздравила его и сказала:

— Теперь ты, Васек, большой. Получай подарок, — и она сняла со стены затянутое в чехол ружье, к которому уже год после смерти отца никто не прикасался.

Грудь распирало от счастья. Наконец-то сбылась его мечта — у него свое ружье! Ни у кого из ребят в училище нет, только у него одного. Отец хвалил ружье за сильный, точный бой и, любовно поглаживая ствол, говорил:

— Это изделие тульских умельцев. Ты не смотри, что оно старое, курковое — цены ему нет, безотказное.

И в самом деле, отец бил птиц влет без промаха. Случалось, и ему на озере давал пострелять. Первый раз очень руки дрожали, и он промазал, а вторым выстрелом все-таки подбил одну крячку. Не ружье, а чудо! Клад!

Все это утро в училище Вася провел в состоянии какого-то необычайного возбуждения и восторженного ожидания. Все почему-то вокруг и на улице, и в школе, и в мастерской представлялось ему светлым, радостным. И ребята будто оживленней, веселее обычного. Даже Федька, первый забияка, драчун, и тот казался ему нынче покладистым парнем.

В мастерской работалось споро. Наводя блеск на изготовленный угольник, Вася все время думал о предстоящей охоте. Вот сдаст мастеру Акимычу этот урок — и тогда он свободен, как ветер, почти на два дня. Иван Акимыч строгий, но он его не боится — хороший, справедливый. Отец уважал его и любил. Они вместе воевали и после войны были приятелями. Если на охоте отцу приваливала удача и он приносил двух-трех косачей, то одного обязательно нес Акимычу, и они подолгу засиживались за столом, вспоминая свои фронтовые годы. И Вася тоже Акимычу косача притащит, и ребятам, конечно, что живут в общежитии. «Держите, это вам с первой удачи, — скажет он, — мне с матерью одного-двух хватит».

Он видел, как Иван Акимыч — высокий, плотный — появлялся то у одного, то у другого верстака и принимал у ребят сделанную работу. Вот он пробирается между верстаками и подходит к нему.

— Ну, ты, Вась, нынче сияешь, как надраенная медяшка. Рад небось? Невтерпеж на охоту? — Акимыч усмехнулся в подстриженные усы и взял в руки угольник.

— Рад, — признался Вася краснея. — Это вам небось Вовка про охоту сказал?

— Известно — он, по всему училищу уже раззвонил.

«Засмеют ребята, если вернемся с пустыми руками», — подумал Вася и недовольно покосился на Вовку. А Вовка, смуглый, чернявый крепыш — первый штангист училища, успев сдать урок, весело скалил зубы и подавал знаки, указывая на выход, — мол, кончай скорей и сматывайся.

Акимыч осмотрел угольник, проверил его шаблоном и довольно улыбнулся.

— Вот теперь у тебя то, что надо, — сказал он. — А почему первый запорол? По горячке, торопыга ты. В деле спех — людям на смех. А в нашем деле особенно. Спервоначалу приглядись, примерься, уж потом принимайся. И на охоте спех не помощник. Ну, добре. Кончай и беги. Не забудь матери передать привет, — Акимыч потрепал Васю по плечу и отошел.

«Душевный он, Акимыч, — подумал Вася, отставив ружье и берясь за набивку патронов. — Он прав, конечно, спешка и торопливость меня подводят. Главное, не горячиться, сдерживать себя».

Весь вечер у Васи ушел на сборы.

Первые сборы, первый выход на охоту! Можно ли забыть эти волнующие часы! Они врезаются в память навсегда. И всякий, кто пережил их, поймет Васю, его душевный трепет, неосознанную тревогу и радужные надежды на удачу. В самих приготовлениях к походу, в сборах есть нечто увлекательное, волнующее. Все до мелочи нужно предусмотреть, ничего не забыть. На охоте и такой пустяк, как моток бечевки, и тот может пригодиться.

Карманы ватных брюк и стеганки постепенно наполнились до отказа и оттопырились под тяжестью патронов и множества других мелких вещей. Подумав, Вася решил взять с собой и вещевой мешок. В него он положит сверток с едой, а потом он может пригодиться и для убитой дичи. А что добыча у него будет, и будет немалая, в этом он не сомневался.

Под конец Вася принялся осматривать свои обшитые кожей валенки. Крепкие еще и такие просторные, что поверх носков можно навернуть пару свежих портянок — никакой мороз в них не страшен. За этим занятием и застал его прибежавший Вовка. Вид у него был смущенный и как будто виноватый.

Неожиданное появление товарища удивило Васю: ведь они условились, что он сам на рассвете зайдет за Вовкой.