Выйти замуж за незнакомца

От величественно раскинувшегося Лондона, куда несколько столетий назад Дик Уиттингтон приехал со своим котом искать счастье и стал лордом-мэром[1], всего около четырех часов езды по железной дороге с вокзала Сент-Панкрас до известного курортного местечка Бакстон. Этот путь богат историческими местами и ландшафтными контрастами. Сам Бакстон прославился еще во времена Цезаря. Его целебный климат и прекрасные весны поправили здоровье таких знаменитых личностей, как Мария, королева Шотландии, и лорд Лестер, скандально известный фаворит добродетельной королевы Елизаветы I.

И даже тот, кто равнодушен к истории и ищет в путешествии только чудесные виды, придет в восторг от захватывающих пейзажей. Удобно расположенный в самом сердце Дербишира, Бакстон окружен самыми живописными во всей Англии сельскими местностями от низких дербиширских долин, где в небольших речушках издревле резвится форель, которой посвятил свою лиру еще Айзек Уолтон[2], до монументального Хэддон-Холл, собственности графа Ратлендского, датируемого XI веком. На самом его краю начинается Национальный парк Пик-Дистрикт, занимающий более пяти сотен квадратных миль и протянувшийся до высоких открытых равнин на южном склоне Пеннинских гор. Ближе к Бакстону прекрасные лесистые местности, скалы с узкими ущельями и многочисленные холмы чередуются с величественными дикими вересковыми пустошами.

Всего лишь в двух милях от Бакстона, на высоте 1800 футов над уровнем моря, находится Экс-Эдж — верховье пяти рек: Дейна, Гайта, Менифолда, Дава и Уай. И если вы повернете на юг и направитесь вдоль покрытого рябью и солнечными бликами Байта, еще двумя милями ниже по течению, попадете на Гайтскую равнину. Здесь густые заросли деревьев на закате бросают жуткие тени, а вересковые пустоши, раскинувшиеся насколько может видеть глаз, окружают вас мрачным безмолвием. Старинный каменный мост, построенный, вероятно, еще во времена сражений с легионами Цезаря, ведет вас дальше, к пустынным холмам причудливых очертаний и скалистым утесам, между которыми бродят дикие овцы.

Здесь автобусы и автомобили выглядели бы по меньшей мере странно. Время будто остановилось в этих зарослях вереска, и призраки далеких веков, притаившись, ждут, когда сядет солнце, чтобы начать свое тайное ночное веселье. Они ничего не знают о машинах — в их мире доблестные рыцари, облаченные в богатые одежды и сверкающие доспехи, бросались в бой на лошадях с украшенной сбруей. Ветер развевал знамена, на золотых крыльях надменных орлов на пиках стягов отражались солнечные лучи. Центурионы двигались походным порядком через эти леса и долины, чтобы уничтожить тех верноподданных британцев, которые пытались оказать сопротивление могущественной и триумфальной Римской империи.

Более закаленный и выносливый путешественник с рюкзаком за спиной и дорожным посохом, осторожно избежав вероломности местных трясин, где нередко пропадали отбившиеся от стада животные, сможет выйти к южному краю долины и затем, резко сменив направление на западное, попадет в заброшенную и голую пустошь. Здесь, возле Лика, никто не рискнет гулять в одиночестве, особенно ночью. И именно здесь тени прошлого ожидают своего шумного веселья и, собравшись в назначенный час, шепчутся о вещах и делах, которые может понять только черная ночь. Слышатся заклинания друидов у зловещего Стоунхенджа и пронзительный визг жертвы, на голову которой опускается тяжелая каменная кувалда, когда высокие жрецы взывают к мрачному богу мести, обитателю пещер, известному еще в доисторических степях Монголии как Тот, Чье Имя Крааль-Ку.

И все же если солнце еще высоко в небе, а вы уверены, что, пока оно не опустится и эти тени не вырвутся на свободу, сможете благополучно вернуться в одну из маленьких очаровательных деревушек вроде Бейкуэлл, славящейся своими кексами, или на закате потягивать пинту горького пива на постоялом дворе «Кот и скрипка», неясно видном на высоте 1600 футов над уровнем моря, — в этой второй, так высоко расположенной гостинице во всей Англии. Можете рискнуть и посетить странный дом из камня. Давным-давно построенный из белого известняка, теперь он стал серым от сырости, мрачным и как нельзя более подходящим для притаившихся вокруг призраков, терпеливо ждущих, когда огненный шар скроется за линией горизонта. Дом стоит на неровном изгибе вересковых пустошей, и, когда сумрак окутывает окрестности, пещеры в скалах, что находятся позади него, смотрят на вас, как сотни застывших уродливых лиц, рты которых скривились в зловещем хохоте. На их фоне огромный, массивный дом с неустрашимой гордостью поднимает к небу свои зубчатые башни.