Выбирай врага тщательно

Три дня назад боль казалась невыносимой.

Прошло время, и постоянный дискомфорт притупил чувства. Уже этим утром она думала, что привыкла к боли. Потом судороги усилились. За целый день она устала от все учащающихся приступов. Наступила ночь, но она не позволяла себе заплакать.

Новая вспышка ударила в живот, быстро распространилась по телу, скручивая внутренности и причиняя адские мучения. Несмотря на запрет самой себе, она, все же, громко застонала. Новая вспышка оказалась сильнее предыдущей. Как только боль утихла, она глубоко вздохнула, приходя в себя. Стон, несомненно, выдал ее. Медленно и мучительно, она перешла в более темную часть заброшенного здания, где единственной компанией было ее горе. Издавая стоны от боли, что возникала при каждом шаге, она еле переставляла ноги, поднимаясь по лестнице. Если не удастся уйти достаточно далеко, этой ночью ее найдут. В животе стала зарождаться новая вспышка. Как только ударит, она упадет прямо на лестнице и уже вряд ли поднимется. Одной рукой обхватив живот, другой она оперлась о стену.

Она успела подняться на два этажа прежде, чем ослабела окончательно. Сидя у стены, она проклинала навалившуюся слабость. Орки, как предполагалось, были выносливы. Физическая сила, которой она обладала весь последний год, была единственной компенсацией за изменение. И теперь эта сила оставляла ее. Точно так же, как ее оставил Хью, а перед ним Кен. Даже брат бросил ее, чтобы не связываться с измененной сестрой. Пусть все они горят в аду!

Разведенный еще днем костер почти погас, но оставшиеся угли давали достаточно тепла. Боль уходила и она почувствовала ломоту в костях. Дрожали уставшие после подъема мускулы. Кожа оказалась липкой от обильно проступившего пота. Она почувствовала зуд и тошноту.

Место у потухшего костерка предлагал ей хороший вид в соседнюю комнату. Через окно той комнаты виднелось темное, звездное небо, искрились огни Гонконга, формирующие сплав ультрасовременной архитектуры и ядовитой красоты. Послышался далекий вой полицейской сирены. Впрочем, он прозвучал достаточно далеко, и надежды на спасение не было никакой. Полиция никогда не заглядывал в этот, окруженный стеной, район. У отрядов служб корпоративной безопасности тоже здесь не было никаких дел и даже за деньги мало кого можно было соблазнить появиться здесь. Особенно ночью. Этим, окруженным стеной от остального города, районом заправляли местные банды и почти все они, ради забавы, охотились на измененных.

Внизу послышался шум шагов, она замерла. Боль исчезла, ее заменил страх. Вспоминая молитвы, она прислушалась в надежде услышать хоть что-то еще. Снова прозвучали шаги. Сомнений не осталось — кто-то поднимался по лестнице.

Помогая руками, она поднялась на ноги. Мир вращался в глазах, но удалось не упасть, более того, она сумела выйти в коридор, пройти чуть дальше и заглянуть через выбитую когда-то дверь в соседний номер. Там все было завалено мусором и хламом, как и в предыдущем. Несколько номеров, кстати, имели запертые двери, что означало — здесь еще кто-то жил. В надежде, что охотники не будут ломиться в закрытые двери, она выбрала один из номеров с уцелевшей, но не запертой дверью и подошла к нему. Когда попыталась протиснуться внутрь, неожиданно ударилась головой о притолоку. Он неожиданности, и от укола боли, она непроизвольно вскрикнула.

Шаги внизу затихли и наступила тишина.

Она прислушалась, но больше ничего не услышала. Наверняка охотники тоже прислушивались.

Прошла пара долгих минут.

У орков хорошее зрение. Если бы она смогла подойти к лестничной площадке и посмотреть вниз, наверняка увидела бы того, кто затаился внизу. Но она даже думать боялась, чтобы сделать это. Даже если бы удалось справиться с головокружением, она этим сразу выдаст себя. Ведь были и другие, те, кто в темноте видит лучше, чем она.

Снова задрожали ноги, и она почувствовала, что появившаяся из-за страха сила испарилась. Она не могла долго стоять в напряжении. Осторожно, краем глаза, она выглянула в коридор, потом схватилась за ручку двери и медленно ее закрыла. Не прозвучало никакого скрипа или другого звука. Это хорошо. Если она не услышала, то преследователи его и подавно не услышали.

Вместо замка в двери зияла большая дырка. Наверное, преследователи и раньше сюда заглядывали. Впрочем, это не имеет большого значения. Даже если замок был бы цел, вряд ли он остановит охотников. Единственная надежда в том, что они пройдут мимо.

Номер выглядел свинарником, приютом для бездомных бродяг. По всем полу рассыпаны упаковки от одноразовых чипов электронного наркотика «Лучше, чем жизнь». Для тех, кто тут живет, или жил, эта свалка была целым миром, где они проводили все свое время. Теперь и для нее? На всю оставшуюся жизнь?