Вука

Добрая история про маленького робота Вуку и его деда,

написанная для детей

и для взрослых, у которых бьется сердце

В заброшенном гараже уже много лет не включался свет. Ведь хозяин гаража состарился и превратился в седого дедушку. Дедушку забрал к себе домой внук, потому что дед уже не мог сам ходить в магазин.

В его гараже осталась стоять ржавая машина – зеленый «Москвич» – и много всяких инструментов на деревянных полках. А в самом углу пылилась тумба, на которой жила семья паучков.

То утро было самым обычным: сквозь пыльное окно наверху пробивался солнечный свет, паучки плели свои паутинки… Только странный звук доносился из тумбы в углу:

– Тр, др, бр, зз…

В какой-то момент дверца тумбы заскрипела и раскрылась. Внутри что-то шевелилось и тарахтело. И, наконец, это «что-то» выкатилось на пол. Это был самый настоящий маленький робот на колесиках. Он прижимал ручки к груди и дрожал от страха, поэтому его железочки издавали звенящие звуки:

– Тр, др, бр, зз…

У маленького роботы были большие серые глаза и квадратное серебристое туловище. На тоненькой шейке дрожала золотистая голова.

– Ма-ма, – позвал робот и потянул ручки вверх.

Но никто не взял его на руки. Только старый ржавый «Москвич» подмигнул единственной фарой и фыркнул мотором.

– Ма-ма? – спросил робот, обращаясь к машине.

«Москвич» снова подмигнул и ответил:

– Дед!

– Тет? – переспросил маленький робот.

– Дед, – возразил «Москвич» и открыл заржавевшую дверь.

Сиденья не было сзади автомобиля, ведь оно всё истрепалось, и хозяин вытащил его.

Маленький робот забрался в машину, и «Москвич» захлопнул дверцу.

– Если завести мотор и как следует тронуться с места, то ворота раскроются, – сказал знающий дед «Москвич».

Мотор взревел, машина тронулась с места и распахнула дряхлые ворота своим капотом.

Старый дед-«Москвич» и его робот-внук ехали по дороге из города. Вскоре город остался позади. Впереди на дорогу садилось красное солнце. Оно грело лучами маленького робота, и он жмурился от удовольствия.

– Ма-ма? – спросил маленький робот, показывая на солнце своим железным крохотным пальчиком.

Дед вздохнул, едва удерживая дрожащий руль.

– Да, – ответил дед, глядя на заходящее солнце, – мы догоним ее завтра. Просто знай, что тебя обязательно кто-то любит. Даже если сегодня это твой дед.

И «Москвич» погладил маленького робота по голове ремнем безопасности. Маленький робот закрыл глаза и сладко уснул.

Ведь завтра они обязательно догонят маму.

Утром солнечные лучи дотронулись до головы маленького робота, и он открыл глаза. Робот всю ночь проспал в старом «Москвиче».

Они с дедом стояли у обочины дороги под большой ивой.

– Дед! – позвал робот.

– Ну вот, – откликнулся дед, – запомнил ведь. Надо дать тебе и-мя.

– Мя? – повторил маленький робот.

– Нет, – возразил дед. – Что за имя такое – Мя? Ты же не кот. – Дед смахнул дворниками осенние листья, упавшие на переднее стекло. – Вот Внук – хорошее имя.

Маленький робот моргнул глазками:

– Ву-ка?

– Вука – так Вука, – решил «Москвич» и прислушался.

Что-то громко фырчало. Можно было бы сказать, что урчало, если бы дело касалось человека. Но звуки явно издавал живот маленького робота.

– Да ты же голодный, – понял дед, хлопнул в догадке капотом и завел мотор.

Машина свернула с обочины на широкую дорогу, и они помчались вдаль. На заправке «Москвич» налил бензин в бензобак и машинное масло – в старую бутылку из-под лимонада.

Потом они ехали по дороге дальше, догоняя солнце. Вука пил из бутылочки машинное масло, смешно причмокивая. Его животик больше не фырчал недовольно.

– Хорошо, что ты родился, – решил дед. – Если бы не ты, я бы так и стоял в гараже, пока совсем не развалился от старости.

– А ма-ма? – вспомнил маленький робот.

– Маму мы найдем. Слово деда! Но сначала… – «Москвич» хмыкнул и закашлялся. – Мы кое-кого повидаем.

Ближе к вечеру на горизонте показался другой город. Город белел крышами домов. Дома были рассыпаны по горе, как зубы у акулы.

– Еще чуть-чуть, – сказал дед.

На светофоре «Москвич» крутанул руль и резко свернул в проулок. Они проехали несколько высоких домов и остановились у желтой пятиэтажки.

У подъезда на лавочке сидел скрюченный старичок с белой бородой. Старичок опирался на трость обеими руками и грустил. «Москвич» погудел.

– Ты приехал! – Старик поднял глаза и медленно, держась за лавочку, встал и так же медленно, опираясь на трость, подошел к старому автомобилю. Погладил его по капоту. – Прости, что бросил тебя в гараже. Видишь: я и сам состарился, – сказал старичок машине.

Этот старичок и был когда-то хозяином «Москвича».

«Москвич» говорил про то, что всё понимает, что не обижается, и что он сам стал теперь дедом. Маленький робот всё это слышал, но старичок не понимал рычания «Москвича», ведь люди не знают языка машин.

Старик только улыбался и всё гладил морщинистыми руками свою старую машину.