Второй шанс

Тихо. Непривычно тихо в моём кабинете. Мой кабинет. Как-то горько звучит. Оглядываю портреты прежних директоров Хогвартса. Финеас еще не вернулся, значит, есть время. Время для чего? Для размышлений? О чем? О своей никчемной жизни?

— Северус. Северус. Посмотри на меня.

О Мерлин! Что тебе еще от меня нужно, старый манипулятор? Даже после смерти ты не оставляешь меня в покое. Поворачиваю голову в сторону его портрета:

— Да, Альбус?

Хочется закрыть глаза и притвориться, что нет ничего. Нет сумасшедшего Тёмного Лорда. Нет мальчишки Гарри Поттера. Нет войны. Нет Ордена. Нет Упивающихся.

— Северус, я прошу тебя, — от этих слов меня бросает в дрожь.

— Альбус, вы повторяетесь. В прошлый раз эта ваша фраза не привела ни к чему хорошему.

Как жаль, что я не могу разодрать его портрет. Как мне он уже надоел.

— Северус! Ты должен… я умоляю тебя, возьми зелье.

— Я не хочу. И я уже не должен. Осталось совсем немного, и всё закончится. Ваш любимый студент уже в Хогсмиде. Пара часов, и все закончится.

— Северус… Северус, нужно хотя бы попытаться. Ты же знаешь, что шанс есть всегда. Северус…

— Нет.

Встаю из директорского кресла и подхожу к окну. Темно. Темнота повсюду. Внутри и снаружи.

— Северус! Я не оставлю тебя в покое!

Поворачиваюсь и со злостью и раздражением смотрю на портрет Дамблдора. Возвращаюсь к столу, достаю из ящика флакон с мерцающей жидкостью, кладу его в карман своей мантии. Всё что угодно, лишь бы он заткнулся и отстал от меня.

— Всё! Теперь оставьте меня в покое!

Альбус качает головой и скрывается за рамой, его мантия мелькает на заднем фоне других портретов. Опять, наверное, пошел к Кэдогану жаловаться.

Возвращаюсь к окну. Опираюсь о холодное стекло лбом. Прикрываю глаза. Хорошо. Тихо.

Затишье перед бурей. Как мучительно медленно капают секунды в такие моменты. Кажется, что всё вокруг замерло в ожидании боли и страха. И этот замерший мир приносит намного больше боли и страха, чем… Чем что, Северус? Бой? Или всё же бойня? Бой детей и жалкой горстки преподавателей с оравой обезумевших преступников, опьяненных вседозволенностью, загнанных собственным лидером. Тёмный Лорд…

Тёмный Лорд. С каким благоговением, Северус, ты внимал его речам много лет назад. Ты, глупец, считал, что нашел истину, великую и прекрасную, в своей жестокости. И что, Северус? А? Как быстро ты разочаровался в этой истине, великой и прекрасной? Безумно быстро, словно сорвался в пропасть, из которой до сих пор не можешь выбраться. Ты выл и скулил над тем, что осталось от той единственной. Холодное тело, рыжие волосы, рассыпавшиеся на твой сюртук. Весь последний год в Хогвартсе ты представлял Лили Эванс в своих объятиях. Ты думал о том, как нежно и осторожно ты будешь прижимать её к себе, вдыхать запах её волос, всматриваться в лицо любимой. Какой сюрприз, Северус! Мечты сбываются! Лили Эванс была в твоих объятиях. Да, была долго, несколько часов, роскошь, о которой ты даже не смел подумать в свои шестнадцать. Только вот нежности в твоих руках не было, и запах её волос ты не запомнил. А в лицо всматривался, да, всё ждал, что она откроет глаза, или хотя бы еле заметно затрепещут её ноздри от слабого дыхания. А еще были твои собственные руки, Северус, сведенные судорогой. Ты вцепился в неё до болезненной судороги в собственных скрюченных пальцах. И так несколько часов, не обращая внимания на истерический уже не крик, а вой ребёнка. Ты так и не смог выпустить из рук бездыханное тело, встать и подойти к … Поттеру. Блэк, ворвавшийся в детскую, сразу кинулся к кроватке, в которой скулил Поттер. А ты, Северус, даже не мог оторваться от своей Лили. Не мог заставить себя подойти к ребёнку. К её ребёнку, рожденному от другого…