Вторая невеста

Спасибо, что пришли. Нам нужно поговорить. Вы не знаете всего…

Они шли не торопясь по центральной аллее старого парка. Сгущались ранние осенние сумерки, было тепло и безветренно. Туман наползал с реки, затягивая все вокруг белой пеленой; желтые деревья наплывали, покачиваясь, и исчезали неторопливо.

Они свернули в глубь парка. Глухо зашуршали листья под их ногами.

— Снова осень… — В голосе слышны ностальгические нотки.

— Что вы хотите мне сказать? — Это прозвучало сухо и деловито. Красоты осеннего парка оставили женщину равнодушной.

— Вы хорошо знаете человека, за которого собрались замуж?

— Да. Я прекрасно его знаю. Еще что?

— Сомневаюсь.

— И вы решили открыть мне глаза? — Она обидно рассмеялась. — Что он пьяница, наркоман, бабник, вор?

— Вас это, кажется, не трогает?

— Нет! А такие, как вы… чего вы лезете? Чего свой нос суете? Что вам нужно? Он что, ограбил вас? Кинул в бизнесе?

— Он меня предал.

— Как громко! — Она снова рассмеялась. — Все мы кого-то предаем! А вы…

Больше она ничего не успела сказать. Человек, идущий рядом, вдруг выдернул из кармана плаща толстый витой шнур, быстрым движением набросил ей на шею и резко потянул. Она вскрикнула и, ломая длинные ногти, вцепилась в шнур.

Еще минуту они топтались на месте, разбрасывая шуршащие листья, и вскоре все было кончено. Оглянувшись, убийца потащил жертву в центр поляны.

Парк был пуст, тих и темен. Слабо светились желтые деревья. Клубящийся туман скрадывал звуки торопливых шагов… 

Капитан Коля Астахов запаздывал. Как всегда. Федор Алексеев, преподаватель философии местного университета, и Савелий Зотов, главный редактор местного издательства «Арт нуво», верные друзья и соратники вышеупомянутого капитана, сделали заказ, терпеливо его ждали и беседовали. Бар «Тутси», излюбленное место сбора троицы, был не заполнен и полутемен по причине раннего времени. Разгул начнется ближе к полуночи, если по отношению к «Тутси» применимо подобное словцо. «Тутси» был приличным баром для приличной публики. Здесь не случалось ни драк, ни скандалов, и полиция сюда, говорят, ни разу не приезжала — во всяком случае, завсегдатаи такого не припомнят. В этом баре все было чинно и солидно, для понимающих людей. По стенам — фотографии средней руки знаменитостей в обнимку с Митричем, хозяином — он же бармен, — неплохие урбанистические карандашные наброски местного художника, и певица с гитарой по средам, пятницам и субботам с репертуаром, не режущим ухо, — романсами в основном и фольклором. Голос у нее небольшой, но приятный.

Сияет разноцветно радующая глаз стойка бара, за ней незыблемо царит толстый Митрич с салфеткой через плечо, похожий на снулую рыбу. Все как всегда. Время не коснулось «Тутси», в его зале своя особенная неторопливая атмосфера закрытого аквариума, что особенно нравится завсегдатаям.

Коля Астахов примчался взмыленный, бросил «привет» и упал на стул.

— Ну, все! — воскликнул Федор, предупреждая первую фразу капитана. — Уходишь, на хрен, к брату в бизнес!

— Не дождетесь! — откликнулся Коля. — Думаешь, если ты смылся в свою бурсу морочить людям голову насчет смысла жизни, так и все такие? А работать кому? И так из толковых у нас никого не осталось, подались кто в бизнес, кто в киллеры.

— Что случилось, Коля? — спросил Зотов.

— Разве ты не знаешь, Савелий, пропала девушка, — ответил за капитана Федор. — В городе только и разговоров, что о ней.

— Какая девушка?

— Ты хоть иногда газеты читаешь, романтик? — вызверился на Савелия Коля. — Или только свои бабские книжки? Какое сегодня число, знаешь?

— Обыкновенная девушка, Савелий. Исчезла почти неделю назад. Коля, что-нибудь есть по этому делу? — спросил Федор.