Вторая мировая война. (Часть III, тома 5-6)

МОРАЛЬ ЭТОГО ТРУДА

ТЕМА ДАННОГО TOMA

В ВОЙНЕ — РЕШИТЕЛЬНОСТЬ

В ПОРАЖЕНИИ — МУЖЕСТВО

В ПОБЕДЕ — ВЕЛИКОДУШИЕ

В МИРЕ — ДОБРАЯ ВОЛЯ

КАК НАЦИСТСКАЯ ГЕРМАНИЯ БЫЛА ИЗОЛИРОВАНА И ПОДВЕРГЛАСЬ ШТУРМУ СО ВСЕХ СТОРОН

В томе «Поворот судьбы» я описывал решающий поворот к лучшему в нашей судьбе, которым ознаменовались зима 1942 года и весна 1943 года. В томе «Кольцо смыкается» рассказывается о следующем годе войны, с июня 1943 года по июнь 1944 года. Благодаря господствующему положению на океанах, устранению угрозы подводных лодок и усиливающемуся превосходству в воздухе западные союзники смогли завоевать Сицилию и вторгнуться в Италию. В результате Муссолини был свергнут и итальянская нация перешла на нашу сторону. Гитлер с группой оккупированных им стран оказался в изоляции, и в результате мощного наступления России с востока вокруг него сомкнулось кольцо. В то же время Япония принуждена была перейти тогда к обороне, тщетно пытаясь удержать захваченные ею обширные территории.

Объединенным Нациям угрожало уже не поражение, а ничейный исход. Перед ними стояла серьезная задача вторжения на территорию двух агрессоров и освобождения порабощенных ими народов. Эта международная проблема рассматривалась на конференциях представителей Великобритании и Соединенных Штатов в Квебеке и Вашингтоне летом и на Тройственной конференции в Тегеране в ноябре. У нас не было никаких расхождений как в целях, так и в намерении отдать все силы общему делу. Серьезные расхождения во мнениях в отношении методов и того, на что следовало сделать больший упор, были неизбежны потому, что три партнера, естественно, подходили к принятию необходимых решений с различных точек зрения. Я собираюсь рассказать, как было достигнуто соглашение по всем важнейшим вопросам. Мы подходим, таким образом, к периоду освобождения Рима, к кануну форсирования англичанами и американцами Ла-Манша и высадки в Нормандии.

Я придерживаюсь такого же метода, как и в предыдущих томах. Я стараюсь лишь внести свою лепту в описание исторических событий с точки зрения английского премьер-министра и министра обороны. Я опираюсь при этом на свои директивы, телеграммы и протоколы, написанные в тот именно период, а не после свершившихся событий. Высказывались пожелания, чтобы были включены также ответы на многие из этих документов. Я, напротив, счел нужным сокращать и отбирать материал для этого тома в еще большей степени, чем раньше. Стал уже необходим заключительный том, который завершил бы историю. Поэтому я могу лишь принести извинения тем, кто, может быть, считает, что их точка зрения отражена мною не полностью.

С тех пор как произошли излагаемые здесь события, минуло более семи лет. Многое изменилось в международных отношениях. Между бывшими сотоварищами возникли глубокие расхождения. Сгустились новые и, быть может, более мрачные тучи. Прежние враги стали друзьями и даже союзниками. В этом свете некоторые из мыслей и выражений, содержащихся в телеграммах, протоколах и отчетах о конференциях, могут странно звучать для иностранных читателей. Я могу только напомнить им, что эти документы имеют историческую ценность и что тогда мы вели ожесточенную и страшную войну. Когда люди борются за свою жизнь, они часто не склонны соблюдать вежливость по отношению к тем, кто пытается их уничтожить. С другой стороны, попытка смягчить все резкие выражения по адресу стран, бывших в те дни вражескими, исключила бы возможность правдивого изображения событий. Время и истина —это великие целители.

Уинстон С. Черчилль Чартуэлл, Уэстерхэм, Кент. 1 сентября 1951 года.