Всяко третье размышление

История , Барт Джон - Всяко Третье Разм; Читать онлайн

www.ruslit.net

Всяко третье размышленье Джон Барт

        Впервые на русском — новейший роман классика американского постмодернизма, автора, стоявшего, наряду с К. Воннегутом, Дж. Хеллером и Т. Пинчоном, у истоков традиции

«черного юмора». «Всяко третье размышленье» (заглавие книги отсылает к словам кудесника Просперо в финале шекспировской «Бури») начинается с торнадо, разорившего благополучный мэрилендский поселок Бухта Цапель в 77-ю годовщину Биржевого краха 1929 года. И, словно повинуясь зову стихии, писатель Джордж Ньюитт и поэтесса Аманда Тодд, профессора литературы, отправляются в путешествие из американского Стратфорда в Стратфорд английский, что на Эйвоне, где на ступеньках дома-музея Шекспира с Джорджем случается не столь масштабная, но все же катастрофа

— в его 77-й день рождения. Как будто этих совпадений было мало, далее следуют несколько эпизодов, обозначенных как «видение/греза/морок/умопомрачение/глюк/все что угодно», по одному на каждое время года; в этих видениях Джордж вспоминает друга своего детства и юности Неда Проспера, с которым они пережили немало общих увлечений, от литературных до любовных…

        Джон Барт

Всяко третье размышленье

Роман в пяти временах года

        Посвящается Шелли

        От переводчика

        Пожалуй, следует объясниться по поводу названия книги. Оригинальное, английское, выглядит так: «Every Third Thought». Это слова, с которыми в последней сцене шекспировской «Бури» Просперо обращается к Алонзо, королю Неаполитанскому:

        And thence retire me to my Milan, where

Every third thought shall be my grave.

В переводе Михаила Донского, опубликованном в восьмом томе Полного собрания сочинений Уильяма Шекспира, читаем взамен:

        А после возвращусь домой, в Милан,

Чтоб на досуге размышлять о смерти.

В переводе Т. Л. Щепкиной-Куперник:

        Вернусь в Милан, и там я буду думать

О близости могилы.

Стало быть, место «каждой третьей мысли» занимает в одном случае «на досуге размышлять», в другом — «и там я буду думать». В название книги ни та, ни другая формула не годится, тем более что оно далеко не один раз встречается и в ее тексте. Поэтому я взял на себя смелость перевести сказанное Просперо своими силами:

        Меня ж верни в Милан, где посвящу

Могиле всяко третье размышленье.

Отсюда и название.

        Прескриптум:

Джордж И. Ньюитт прочищает повествовательное горло

«Вы меня не знаете, — с такого обращения Гека к читателю начинает Сэмюэл Клеменс Марк-твеновы „Приключения Гекльберри Финна“, — если, конечно, не читали книжку, которая называется „Приключения Тома Сойера“».

Подобным же образом, Читатель, и Вы ничего не знаете обо мне, «если, конечно, не читали» сборничек рассказов «Застройка», посвященный давней-предавней жизни людей средне-вышесреднего класса в коттеджном поселке, именовавшемся «Бухта Цапель» и стоявшем на Восточном побережье штата Мэриленд, — жизни, продлившейся почти четверть века: между его постройкой в 1980-х и почти полным разрушением, каковое произвел поздним вечером 29 октября 2006 года торнадо, невесть как образовавшийся в это почти безбурное время года и управившийся с уничтожением поселка всего за несколько минут. Названный день был 77-й годовщиной злополучного краха фондовой биржи, разразившегося в 1929 году и породившего Великую депрессию 1930-х, и составил еще одну причину, по которой некий «поконченный человек» (Ваш Покорный) стал тем, что он ныне собой представляет.

У Гека имелись хорошие шансы на то, что «Вы», к которому он обращался в 1884-м, по меньшей мере слышал, а может быть, даже и читал о его популярном предшественнике

1876 года. Столетие с четвертью спустя Вы почти наверняка знаете пару вещей о Геке Финне, даже если Вам не довелось еще заглянуть хотя бы в одну из книг его создателя, — столь популярным американским идолом стал, и заслуженно, этот Мальчик-на-Плоту, несмотря на то что рассказ его критика приняла поначалу в штыки, и на то, что его создатель не удосужился как-то объяснить способность малограмотного Гека управиться с ведомым от первого лица 250-страничным, обращенным к Вам повествованием. Мне такой удачи не выпало — не будем вдаваться в причины этого, — и потому позвольте представиться самому. «Дж. И. Ньюитт» к Вашим услугам, Читатель, — имя его взято в заставившие Вас поморщиться кавычки по причинам, которые следует, вне всяких сомнений, растолковать, хотя они, скорее всего, стали для Вас уже очевидными: Самозваный Старпер-Писатель и — до состоявшегося несколько лет назад завершения его ученой карьеры — профессор довольно симпатичного/недурственного/вполне пристойного Отделения английской литературы и писательского мастерства в расположенном неподалеку от его дома Стратфорд-Колледже. В коем его