Все не зря

- Сейчас! Сейчас, погоди! Потерпи, командир! - проговорил Андрей. Ему было страшно смотреть на обожженного, изувеченного до неузнаваемости человека, которого он тщетно пытался вытянуть из люка запасного выхода. Не жилец уже старший лейтенант, это было ясно. Скончается по пути к медсанбату, а может быть и прежде. Но вытащить его из того ада, что творился сейчас внутри танка было необходимо. Более того, сделать это нужно до тех пор, пока огонь не добрался до остатков боекомплекта! Думать о том, что произойдет после того как до снарядов доберется огонь, не хотелось совсем.

Немного передохнув, Андрей уперся ногой в днище многотонного стального чудовища, в чреве которого остались лежать его погибшие друзья и покрепче ухватился за ворот одежды раненого. Затем он снова принялся вытягивать командира к себе из открытого люка, что черным провалом зиял в днище могучей машины.

- Не смей у меня тут умирать, слышишь?

Оказывается, это очень страшно, когда рядом с тобой умирают люди. Вроде как смерть не проходит мимо тебя, но останавливается рядом, смотрит на тебя и шепчет что-то. А ты пытаешься не замечать ее присутствия, прилагаешь все мыслимые усилия для того, чтобы хоть на минуту отсрочить тот момент, когда она начнет протягивать к намеченной ею жертве свою руку. И только после того как она касается костлявой, жуткой дланью не тебя, но кого-то другого, ты понимаешь, что твой черед еще не настал.

- Терпи, брат...

Наконец, после долгих усилий, Андрею удалось спустить тело командира на землю. Некоторое время молодой человек лежал под днищем танка, пытаясь разглядеть что творится вокруг. Со всех сторон он слышал крики и стоны раненых, грохотание взрывов, звучание автоматных очередей. Выползать из под брони было страшно, но внутри машины еще оставались неразорвавшиеся снаряды.

Нет, брат, так не пойдет! Надо бы отползти отсюда! Иначе все, прощай весь белый свет, поминайте добрым словом люди и его самого, и старшего лейтенанта Крапченко, и тех двоих, которых уже не вернешь.

Андрей снова ухватил командира за ворот одежды, потом поволок его тело по земле прочь от начавшей разгораться машины. Он оттащил Кравченко от танка на расстояние в несколько десятков метров, к воронке от разорвавшегося снаряда, потом спустил в нее раненого и залез в яму сам. Только теперь Андрей мог отдышаться и осмотреть раны на теле старшего лейтенанта. Многочисленные переломы, разорванные связки на руках и ногах, страшные ожоги... И это человек еще находится в сознании?!

- Как же тебя так, братишка?!

- Андрюха, ты...? - прошептал в ответ командир, приоткрывая глаза. - Воды...

- У меня нет воды, - в отчаянии сказал молодой человек. - Все осталось там...

- Паскудно это, - прошептал раненый. На минуту он умолк, вероятно потеряв силы что-то говорить, потом чуть слышно промолвил. - Они тоже там?

- Кто они? - непонимающе пробормотал Андрей, однако поняв, что командир говорил об остальных членах экипажа танка, чуть ли не закричал. - Из наших никого, старшой! Только мы с тобой, понимаешь? Только мы... Ух и вмазали мы гансам!

- Жаль, то я не вижу. Что-то темно, Андрюха. Вмазали, говоришь? - он улыбнулся. - Это добре. Воды бы мне еще... Хоть ковток...

- Ты потерпи, командир! Не засыпай! Главное, не засыпай, слышишь? Вот чуть стемнеет, я тебя потащу к нашим. А пока нельзя... Все как на ладони! Пулеметчик их... Слышишь как строчит? Сука... Раненых добивает, похоже.

- Значит не змогли...

- Не смогли, - признался Андрей и стер с лица пот рукавом. - Сколько народу положили... Но ведь не зря же, правда? Не зря все это...

- Не зря, - усмехнувшись проговорил Крапченко. - Звичайно не зря. У Сашки, друга моего, дочку з сином живьем... А самого його в сорок втором... У меня сын, жинка остались... Я тебе говорю, что надо, разумеешь? Надо их... Всех их! Если не мы, то кто? Это наша земля. Только наша, младший... Ось бог войны погрохочет чуток и снова... Потом посчитаем, сколько... Но сперва до Берлина... До самого...

- Дойдем, Гришка, - чувствуя как начинает першить в горле, прошептал Андрей. - Даже не сомневайся.

- Ты дойдешь...

- Вместе дойдем! Ты, главное, не засыпай сейчас, слышишь? Нельзя тебе...

- Дойдешь, - закрыв глаза промолвил Крапченко, вероятно не услышав, что сказал Андрей. - А мне бы воды сейчас...

- Нет воды, - чувствуя как по щеке его стекает слеза, проговорил Андрей. - Нет, старшой...

Григорий уже ничего ему не ответил...

- Андрей Владимирович, вы слышите меня? - спросил водитель автобуса. Старик обернулся к нему, махнул рукой. - Залезайте побыстрее. Эти отморозки, не дай бог оцепление прорвут. Тогда мы тут надолго застрянем. Или колесами давить эту сволоту...

- Аркаш, ну кого ты испугался? Этих мальчишек? - спросил старик. - Посмотри на этот обезьянник...

- Да что мне до недобитков? Андрей Владимирович, залезайте же наконец! Вас одного ждут.