Все, что я хочу на Рождество

Воздух содрогался от низкого рокота бас-гитар, от неистовой, безудержной, дикой похоти. Он попал именно туда, куда нужно.

Под грохот ударных Йен Макфи пересек зал, бывший когда-то складом, а теперь перестроенный и превращенный в танцпол. По его мнению, не было лучшего места, чтобы подыскать себе женщину, чем ночной клуб «Рогатые дьяволы». Он просто кишел ими. Соблазнительные — одна краше другой. И все как одна вампирши.

Вспыхивали и гасли ярко-алые и голубые лазерные лучи, выхватывая из темноты то одну, то другую скудно одетую дамочку, бешено извивающуюся в танце возле самой сцены. Толпа колыхалась в такт с грохочущей музыкой — так колышется море во время особенно высокого прилива, и Йен вдруг почувствовал, как его с неудержимой силой затягивает туда, словно щепку, угодившую в водоворот.

Один ярко-красный лазерный луч метнулся мимо него, будто иглой воткнулся в его лицо, на мгновение ослепив. Он вдруг почувствовал острый приступ паники. Что, если он не понравится ни одной из этих дамочек? Неужели он прошел через адские муки лишь для того, чтобы выглядеть старше и… уродливее?!

Полюбоваться своим новым лицом в зеркале он не мог — как-никак он вампир, а вампиры лишены этого удовольствия. Правда, он узнал себя — или ему показалось, что узнал, — на паре фотографий, сделанных цифровым фотоаппаратом на свадьбе Жан-Люка. Вероятно, это был все-таки он… хотя, разглядывая незнакомца на снимке, Йен до сих пор сомневался. Правда, Хизер уверяла, что он выглядит потрясающе, но глупо ждать объективности от счастливой невесты. В день свадьбы ей даже Квазимодо покажется писаным красавцем.

Моргнув, Йен убедился, что снова видит нормально, — и тут же поздравил себя с тем, что его страх остался незамеченным. Ни одна из дамочек даже не смотрела в его сторону. Они обступили сцену, пожирая взглядами мускулистого парня с огромным головным убором из перьев на голове, — ну просто индеец на тропе войны, хмыкнул Йен. Боевая раскраска на его безволосой груди представляла собой стрелу, указывающую куда-то на юг — туда, где помещенный в стратегически важном месте пучок топорщившихся орлиных перьев прикрывал его мужское достоинство.

Сделав глубокий вдох, Йен попытался оценить ситуацию. Да, похоже, дамы действительно не заметили его появления… но, с другой стороны, он ведь и не пытался привлечь их внимание. Однако эти кошечки только что не мурлычут от нетерпения, а стало быть, шансы у него есть. Настало время проверить, как им понравится его новое лицо.

Шагнув вперед, Йен врезался в толпу. Наверное, нужно что-то сказать, только что? В свое время Жан-Люк окрутил Хизер, пустив в ход присущее ему обаяние и тонкий ум. Пожалуй, стоит попробовать.

— Добрый вечер, дамы.

Наверное, нужно было погромче… только две вампирши соизволили обратить на него внимание. Покосившись в его сторону, они без особого интереса оглядели его с головы до ног.

Йен одарил обеих обворожительной улыбкой — во всяком случае, он очень надеялся, что это так. Правда, при виде черной помады на губах второй вампирши улыбка слегка поблекла. Вероятно, современные девушки считают, что это придает им привлекательности… Йен содрогнулся — лично ему это напоминало труп, пораженный бубонной чумой.

— Симпатичный килт! — одобрительно взвизгнула девушка с губами, накрашенными черной помадой. — Коленки — отпад!

— Ты, часом, не из подтанцовки? — крикнула первая.

— He-а. Позвольте представиться. Меня зовут Йен Мак…

— А я решила, ты нацепил килт для выступления! — расхохоталась первая. — Ну, ты даешь! Неужели тебе и впрямь нравится расхаживать в юбке?

Девушка с черными губами тоже захохотала:

— Колени у тебя и впрямь супер, но мы бы не отказались полюбоваться чем-нибудь еще, кроме них!

Йен замялся. Хорошо бы придумать какой-нибудь остроумный ответ, который бы сразил обеих наповал.

— Думаю, это можно устроить.

К несчастью, изящная попытка пофлиртовать осталась незамеченной. Многоголосый визгливый вопль, пронесшийся над залом, заставил обеих девушек вновь обернуться к сцене. В воздухе кружились перья, а толпа обезумевших женщин штурмовала сцену — вопя и толкаясь локтями, они отпихивали друг друга в попытке завладеть соблазнительным сувениром.

— Прошу прощения! — Йен вновь сделал отчаянную попытку привлечь их внимание. — Могу я купить вам что-нибудь выпить?

— Руки прочь — это мое! — не слушая его, пронзительно взвизгнула девушка с черными губами. Отпихнув подружку в сторону, она цепко схватила кружившееся в воздухе перо.

Неприятно пораженный современными нравами, Йен невольно попятился. Потом бросил взгляд на сцену и обмер. Ради всего святого… они же сейчас ощиплют беднягу, как цыпленка! Йен поежился — нынешние девушки куда агрессивнее, чем ему казалось. Может, он старомоден, но сам он предпочитал выступать в роли охотника, а не жертвы.