Врата вечности

Нависшее над горой Хай-Марка небо было прозрачным, словно капля чистейшей родниковой воды, просочившейся из земных недр. Но внезапно небеса потемнели и сгустились, цветом став похожими на пески пустыни. А затем они опустились на склоны горы, окутав их желтоватым, с огненными проблесками, туманом, в котором стихли все звуки.

Казалось, это была уже не Земля с ее привычным пейзажем, а другая планета, на которой обитало крошечное уродливое существо. Морщинистая, собранная в жесткие складки кожа карлика имела ярко-красный цвет, мочки ушей касались плеч, а нижняя губа отвисала до груди, открывая черные, но острые, как бритва, клыки. Он стоял на коленях перед подобием гигантской каменной двери, вырезанной в скале, и прижимался к ней заросшим густой шерстью ухом, словно пытаясь что-то расслышать. Но его усилия были напрасны.

Карлика звали Джеррик, он был кобольдом и главой Совета XIII, Верховного правительственного органа мира духов природы, населяющих Землю задолго до того, как на ней появились люди. Джеррик был самым коварным и жестоким из всех духов, которые когда-либо возглавляли Совет XIII. Но сейчас, когда из его прикрытых набрякшими, морщинистыми веками глаз катились слезы, оставляя белые соляные полоски на алых щеках, он казался жалким и беспомощным.

Поверхность скалы была шероховатой, влажной и холодной на ощупь, а высеченная в ней дверь согревала кожу Джеррика неожиданным, но явственно ощутимым теплом. Она имела форму гигантского вдавленного прямоугольника высотой два метра и шириной семь метров. В середине ее виднелось неглубокое отверстие, напоминающее замочную скважину.

Кобольд знал, что многим из тех, кто прикасался к этой каменной двери, удалось испытать невероятные ощущения. Одни чувствовали возбуждающую, покалывающую ладони энергию, другие слышали чудесную неземную музыку, у третьих возникали фантастические видения, как будто они проникали мысленным взором в тот мир, вход в который преграждала дверь. Но он, Джеррик, ничего не ощущал, не слышал и не видел, как ни старался. А ведь он желал этого так страстно, что не пожалел бы ничего, чтобы оказаться по ту сторону этой двери. Он отдал бы за это все свои несметные богатства, по сравнению с которыми легендарные сокровища короля Мансы Мусы I могли показаться жалкой щепоткой соли, продавая которую по всему миру тот и скопил свое состояние.

Правитель средневекового государства Мали тратил деньги на строительство мечетей, чтобы, умирая, не тревожиться о своем благополучии в будущей загробной жизни. Джеррик собирался распорядиться деньгами более рачительно. Он готов был расстаться с ними, но только ради вечной земной жизни. Кобольд верил, что за дверью, высеченной в горе Хай-Марка, которую инки, древний народ, некогда населявший Перу, называли «вратами в страну богов», он сможет обрести бессмертие. Подобно жрецу Амару Муру. А ведь тот был даже не духом природы, а всего-навсего человеком.

Но прежде надо было открыть эти врата. А вот этого Джеррик, несмотря на все свое земное могущество и богатство, сделать не мог. Без ключа это было невозможно. А ключ был безвозвратно утерян.

Поэтому Джеррик плакал сейчас. Так случалось каждый раз, когда он приходил к вратам в страну богов. Причиной этих слез являлся страх, и совладать с ним кобольд был не в силах.

Одна только мысль о смерти приводила Джеррика в панический ужас. Он хотел жить вечно. И с течением времени это желание становилось только сильнее и неодолимее. Ведь каждое прожитое им мгновение неумолимо приближало его к неизбежному для всех живых существ концу — тлену, праху, небытию…

Джеррик, мысленно отрешившись от окружающего его мира, совершенно забыл об осторожности. И когда за его спиной внезапно раздались голоса, не успел скрыться. Обычно он, когда хотел избежать встречи с людьми, как будто растворялся в сумрачной тени, которую отбрасывала гора. Но на этот раз замешкался. А когда люди вышли из-за скалы, исчезать было уже поздно.

Их было двое, мужчина и женщина, очень юные. Одетые в почти одинаковые джинсы и просторные цветастые рубахи, они показались Джеррику похожими друг на друга, как близнецы. Только один был коротко подстрижен, а второй носил длинные черные волосы, непокорно развевающиеся по ветру. Громко разговаривая, смеясь и обмениваясь страстными поцелуями, они обращали мало внимания на окружающий мир. А потому не сразу заметили Джеррика.