Враги за рубежом (ЛП)

Переводчик: Дмитрий С.

Редактор: (с 1 по 13 главу) Виктория К., (с 14 главы) Татьяна С.

Обложка: Виктория К.

Вычитка: Татьяна С.

Этим утром я в своей стихии. Перед занятиями наш директор созвал собрание всего коллектива, поэтому всем пришлось проснуться ни свет, ни заря, чтобы сюда прийти. Мои коллеги-учителя тащатся, а я нет. Я руковожу столом с закусками — тем, который я добровольно установила. Я принесла графин кофе из Старбакс и несколько дюжин пончиков. В центре стола — поднос с сахарным печеньем, искусно покрытым глазурью, с закрученными узорами и иллюстрациями талисмана средней школы Линдейл. Вперед, Ящерицы!

— Вау, Одри, ты действительно превзошла себя.

Я наслаждаюсь одобрением своих коллег.

— Лучшее печенье в округе, — говорит другой, взяв второе печенье и подмигнув.

Моя улыбка кажется вечной.

Но потом она соскальзывает с моего лица.

В комнату входит Ной Петерсон, и я удивляюсь, что его появление не сопровождается раскатами грома и клубами дыма. По крайней мере, должна быть какая-то зловещая музыка.

В руках у него уже термос с кофе и тако на завтрак. У него нет причин подходить к моему столику. Ему следовало бы занять место возле двери и терпеливо ждать начала встречи, но он просто не может удержаться.

Я поворачиваюсь и занимаюсь тем, что перекладываю салфетки, которые и так разложены аккуратным веером.

Ной доходит до меня в мгновение ока, потому что он огромный, и его шаги преодолевают все расстояние.

Я поднимаю на него взгляд и делаю скучающее выражение лица, как бы говоря: «О, это всего лишь ты. Какое разочарование».

— Доброе утро, Ной. Что в термосе? — интересуюсь я. — Дизельное топливо? Батарейная кислота? Человеческая кровь?

Ладно, видимо, я тоже ничего не могу с собой поделать.

Каждый день просыпаюсь и думаю: «Доброе утро всем, кроме Ноя Петерсона».

Он показывает на одно из сахарных печений.

— И что это должно быть?

Он знает, что это должно быть, я потратила несколько часов, чтобы покрыть их глазурью до полного совершенства, но все равно отвечаю:

— Это ящерица.

— А, понял.

Я сужаю глаза.

— Это… довольно очевидно.

Ной наклоняет голову влево, прищуривается и делает вид, что изучает ее внимательнее.

— Это похоже на змею.

Он берет одну штучку и протягивает другому учителю, чтобы узнать его мнение.

— О, милая змейка, — говорит учитель, невинно следуя примеру Ноя.

Мои руки сжимаются в кулаки.

— Ладно, ты не получишь ни одной.

Теперь, когда он знает, что победил, в его взгляде появляется юмор.

— Я думал, они для всех.

— Не для тебя.

— Я уже потрогал эту.

Я выхватываю ее у него из рук и швыряю в урну рядом со столом, затем ухожу.

Просто замечательно.

Теперь я должна обнулить свой мысленный счетчик Дней Без Происшествий. Я была на рекордном уровне: два.

Тем не менее, не жалею об этом. Я испекла это печенье не для Ноя. Он не заслуживает того, чтобы попробовать мои вкусности.

Совещание должно начаться с минуты на минуту, но стол для переговоров еще относительно пуст. Большинство моих коллег предпочитают слоняться по периферии комнаты, теряясь в общей массе, чтобы директор О'Мэлли не призвал их отвечать на вопросы.

Я сажусь и аккуратно раскладываю свои ручки и личный блокнот.

Собственность мисс Коэн.

Замечаю Ноя, когда он занимает место на противоположной стороне стола, через несколько стульев от меня.

Вокруг него быстро заполняются места.

Он — все, чем я не являюсь. Легкомысленный и всеми обожаемый.

Каждую весну его фотография попадает в ежегодник под заголовок «Самый крутой учитель Линдейла». Я никогда не выигрываю никаких суперлативов, даже отстойных.

Очевидно, я «стараюсь изо всех сил», как однажды с любовью выразилась другая учительница, когда не знала, что я все еще находилась в комнате отдыха и поглощала свою еду. Я — учитель, который несносно рано приходит на собрания и добровольно задерживается допоздна. Мой класс похож на последствие взрыва. У меня сложные доски объявлений с многослойным декором, вдохновляющие плакаты, таблицы поощрений. Моим ученикам едва хватает места, чтобы сесть.

Когда в начале учебного года Ной впервые увидел мой класс, его брови подпрыгнули до волос.

— Вау… это слишком даже для тебя, и это не комплимент.

Я решила проигнорировать его насмешливый тон и вместо этого улыбнулась, как будто он только что сказал самую приятную вещь на свете. Что-то вроде: Одри, ты мой герой. Нет никого умнее или круче тебя.

— Спасибо.

— Сколько времени у тебя на это ушло?

— Я почти все купила.

С этой ложью я задвинула мусорное ведро под стол, чтобы он не увидел пустую обертку от клейстера с надписью: «Теперь 200 штук!». Затем спрятала руку за спину, чтобы скрыть пластырь, который был у меня на большом пальце правой руки.

— Это копия Эйфелевой башни из папье-маше?

— О… да. В наши дни на Амазон можно найти что угодно.