Возвращенная публицистика. В 2 кн. Кн. 1. 1900—1917

Правдивую картину развития революционной борьбы дооктябрьского периода помогают воссоздать работы, вошедшие в данную книгу. Открывается она циклом статей первого русского марксиста, выдающегося мыслителя Г. В. Плеханова. На его теоретических работах воспитывалось целое поколение русских революционеров. Известно, что политические взгляды Плеханова менялись. Казалось, ничто не нарушит плодотворно начатого сотрудничества В. И. Ленина и Г. В. Плеханова в «Искре», хотя в редакции газеты не раз разгорались острые дискуссии. На II съезде РСДРП по всем вопросам Плеханов был вместе с Лениным, выступал в поддержку его книги «Что делать?». После съезда происходит резкий перелом в позиции Плеханова, вызванный боязнью «гражданской войны» в партии. Встав на позиции примиренчества, он переходит к открытой и сознательной защите меньшевизма[1]. Со страниц новой «Искры» зазвучала критика в адрес большевиков и Ленина. В статье «Рабочий класс и социал-демократическая интеллигенция» («Искра». № 70 и 71) Плеханов выступил с очень резкой критикой книги «Что делать?» как «слабой во всех отношениях». В 1917 г. он решительно разошелся с Лениным во взглядах на перспективы социалистической революции.

Справедливость не позволяет не отметить, что В. И. Ленин, отдавая должное Г. В. Плеханову, прилагал немало усилий, чтобы привлечь его на сторону большевиков. В конце октября 1905 г. он пригласил его к сотрудничеству в легальной большевистской газете «Новая жизнь». «Я знаю прекрасно, — читаем в письме Ленина, — что все большевики рассматривали всегда расхождение с Вами как нечто временное, вызванное исключительными обстоятельствами. Спору нет, борьба часто увлекала нас на такие шаги, заявления, выступления, которые не могли не затруднять будущего соединения, но готовность объединиться, сознание крайней ненормальности того, что лучшая сила русских с.-д. стоит в стороне от работы, сознание крайней необходимости для всего движения в Вашем руководящем, близком, непосредственном участии, — все это было у нас всегда. И мы все твердо верим, что не сегодня, так завтра, не завтра, так послезавтра наше соединение с Вами все же состоится, несмотря на все трудности и препятствия»[2].

На это письмо Г. В. Плеханов не только не ответил, но и выступил с новыми нападками на В. И. Ленина. В «Дневнике социал-демократа» (1905. № 3) в заметке «Новая жизнь» он писал: «Объявление об издании «Новой жизни» наводит на весьма поучительные размышления. Оно пестрит именами людей, до сих пор остававшихся чуждыми марксизму: Ленин тонет, как муха в молоке, в массе эмпириомонистов и вполне законченных декадентов. Г-н Минский и г-жа Венгерова оказываются теперь нашими товарищами... Ленин не хотел работать вместе с П. Аксельродом, В. Засулич, Л. Мартовым и т. п. Эти люди были в его глазах оппортунистами, а г. Минский не оппортунист... Пусть же читатель сам судит теперь, к чему сводится на самом деле непримиримость Ленина. Теперь очевидно, что в ней нет и следа принципиального отношения к делу».

Неизменно оставаясь в фокусе острой политической борьбы, Г. В. Плеханов то резко расходился, то снова сближался с большевиками. Главное в критических выступлениях его против большевиков сводилось к тому, что в основе большевистской тактики, по его мнению, лежала утопическая уверенность в том, что народ уже достиг той ступени политического развития, которая на самом деле только еще должна быть достигнута в более или менее близком будущем... Так как задача, подлежащая решению, считается уже решенной, — развивает он свою мысль, — то «большевику» естественно не остается думать ни о чем, кроме «решительного выступления». В «решительном выступлении» альфа и омега «большевистской» тактики. Вне его они ровно ничего не видят»[3]. Отсюда и обоснование утверждений Плеханова о преждевременности революционных боев в 1905 г. («не надо было браться за оружие»), а позже и отрицательная оценка им Октябрьской революции.