Возвращение

 Лена-Багира, она же Елена Александровна Стерпехова, лейтенант МВД, снайпер отряда специального назначения «Каппа», вошла в приемную генерала ФСБ Германа Ивановича Плещеева. На месте секретарши – никого. Заходи, кто хочешь. Лена пожала плечами, постучала, приоткрыла дверь:

     – Разрешите войти?

     – Входите, Елена Александровна.

     Лена застыла на секунду, ища глазами хозяина кабинета. Генерал сидел не за своим письменным столом буквой Т, а за небольшим столиком в углу кабинета, у окна. Выглядел Герман Иванович несколько старше своих лет, лицо имел округлое, «сытое», с ним никак не гармонировали ни острый, свисавший вертикально вниз подбородок, ни черные глаза-«пиявки», ни плотно сжатые губы. Пригладив черные же, изрядно поредевшие, уже никак не прикрывавшие обширную залысину волосы, генерал изобразил на своем лице нечто вроде улыбки.

     – Ну что же вы застыли в дверях, товарищ лейтенант, проходите, присаживайтесь. Чай, кофе?

     – Нет, спасибо.

     – Ну что ж. Э-э… Очень рад вас видеть. Присаживайтесь. Вот сюда, пожалуйста.

     Лена присела на стул, единственный незанятый рядом со столиком. Сидящий на нем человек видел собеседника не прямо перед собой, а слегка слева. Генерал же сидел практически спиной к стене кабинета, открывая прекрасный вид на висящие на ней фотографии, дипломы, наградные листы. Что-то кольнуло Лену в сердце, как будто бы интуиция не «взвыла», а слегка шевельнулась, поеживаясь. Лена сделала вид, что морщится от солнца, слепящего через незанавешенное окно прямо в глаза, и попробовала подвигать стул, давая понять, что ищет тень от шторы или оконной рамы. Генерал едва заметно нахмурился, но тут же расцвел новой улыбкой:

     – Солнце вам мешает, Елена Александровна? Потерпите, я вас надолго не задержу.

     Лена ответила учтивой улыбкой и перестала возиться с креслом. «Похоже, надо держать морду кирпичом, неспроста эта рассадка. Что на стене? Нет, не вижу никаких глазков, но глупо было бы ожидать, что в такой конторе их не умеют маскировать.»

     – Итак, Елена Александровна, вы на сегодняшний день, по факту, самый везучий человек в силовых ведомствах нашей Родины. Дважды за две недели вы избежали неминуемой, неотвратимой, даже можно сказать, гибели. О событиях в уральских пещерах я наслышан по долгу службы, и знаю, что вашего спасителя, молодого человека, …

     – Дмитрия Пономарева?

     – Да, до сих пор не нашли. Но поводом к нашей с вами встрече послужило второе, недавнее происшествие. Вы, если не ошибаюсь, справились с шестерыми вооруженными боевиками, которым удалось подкрасться к вам незаметно?

     – Повезло. Они явно не ожидали такого отпора.

     – Хорошо. Но после этого вы расстреляли основную группу боевиков, пытавшихся бежать из ловушки, из обычного автомата, на таком расстоянии, когда и не всякий снайпер попадет в цель. Кстати, почему из автомата, ваша винтовка ведь не пострадала?

     – Скорострельность. Это был единственный шанс, еще секунда, и они бы скрылись в зеленке.

     – Да-а. И снова вам повезло.

     – Так точно, товарищ генерал, повезло.

     Лена продолжала выдерживать маску бесстрастия, не переигрывая, т.е. не сваливаясь в пародию на бравого «идиота» Швейка. Если за ней сейчас наблюдают, да еще и съемку ведут, то ни реальные, ни наигранные эмоции показывать нельзя. А поводы для беспокойства уже налицо. Что могли доложить генералу об этом втором «происшествии»? Конечно, слово «повезло» уже сказано и закреплено приказом по отряду. Но отряд состоит из живых людей, которые могут не то, что проговориться, но и в красках живописать подвиги снайпера-новичка на первом же, после учебки, боевом выезде.