Возвращая к жизни

Доктор Али Торво опаздывала, а она терпеть не могла опаздывать. Ее друзья среди врачей-психиатров, чего доброго, могли решить, что у нее негибкая психика, а может, даже нашли бы у нее склонность к навязчивым идеям, ведь она всегда стремилась к тому, чтобы вовремя приступать к своим хирургическим операциям, а работу в отделении начинать и заканчивать строго по расписанию. Ей казалось, что, соблюдая жесткий график, она контролирует ситуацию, а хирургу, особенно хирургу-травматологу, вынужденному работать среди настоящего хаоса, просто необходимо держать все под контролем. Так что, в начале восьмого вечера Али с чувством легкой досады быстро спускалась по лестнице в конференц-зал, оборудованный на цокольном этаже корпуса Сильверстайна в Медицинском центре Пенсильванского университета. Вообще-то, она не должна была работать сегодня вечером. Но часа в четыре дня, когда она, по локоть в крови, зашивала пострадавшего с огнестрельным ранением в живот, позвонила секретарша Эмброуза Рифкина и изволила сообщить, что Али придется провести семинар по подготовке участников аварийно-спасательной группы вместо него. Выглядел этот звонок как вежливая просьба, однако, отказаться у Али не было никакой возможности. И кому было дело до того, что ей нужно было отчитать еще четыре собственные лекции позже в этом месяце. Да, она была одним из ведущих штатных врачей медцентра, но даже сотрудники такого уровня не могли отказывать заведующему отделением.

Али решительно подавила сладкие мысли о том, как она собиралась посидеть у камина с книжкой, которую не могла добить уже целую неделю, и порадовать себя бокалом красного Пино Нуар. Эту бутылку «Литтораи» урожая 2006 года она берегла давно. На этикетке было написано что-то про яркий вкус, пробуждающий творческое вдохновение и талант. Что ж, у нее хотя бы остается «пробуждение талантов». Правда, вовсе не у камина.

Заставив себя перестать терзаться сожалениями о потерянном вечере, Али боком вошла в конференц-зал, и обвела взглядом сильных молодых парней, сидевших развалясь за столом для совещаний. Стажеры оказались почти точь-в-точь такими, как она и представляла себе пожарных: крепкие и рослые, настоящие мужики с ясным взглядом, одетые в джинсы и рубашки или футболки с длинными рукавами, с эмблемой парамедика Управления пожарной охраны Филадельфии. Их лица слегка обветрились и покраснели от холодного ноябрьского ветра. Они сидели, раскинув ноги и свесив руки за спинкой стула. Самоуверенные и нагловатые, они, в целом, не слишком отличались от большинства хирургов-ординаторов, с которыми Али приходилось иметь дело. Впрочем, ее ординаторы чаще всего все-таки держались серьезно и почтительно – по крайней мере, делали вид.

– Здравствуйте, меня зовут Али Торво. Я один из работающих в этом центре хирургов-травматологов. Доктор Рифкин не смог прийти к вам сегодня, так что я расскажу вам про повреждения грудной клетки за него. – Али пересчитала присутствующих и нахмурилась. – Разве вас должно быть не шестеро?

Кросс на вызове, прямо в самом конце смены пришлось выезжать, – глубоким баритоном сказал румяный блондин с веснушками, которыми было усыпано его лицо и щеки. Из-за этих неожиданных веснушек выглядел он лет на четырнадцать.

– Насколько я понимаю, все участники вашей группы должны быть освобождены от работы для посещения этих занятий. Это все-таки не факультатив, и пропуск тут уже не наверстаешь. В сертификационной комиссии с этим строго.

Блондин ухмыльнулся и пожал плечами.

– Ничто не удержит Кросс от выезда на вызов.