Возрожденное чувство

Лэнг Пэттон чувствовал себя прямо-таки голым без удостоверения личности и небольшого пистолета, которые всегда были при нем. Лэнг сам принял решение уйти из ЦРУ и поступить в частное охранное агентство в Сан-Антонио. Он надеялся, что ему не придется сожалеть об этом.

Уставший, с сумкой в руке, Лэнг вошел в здание аэропорта Сан-Антонио — рейс из Вашингтона задержался — и оглянулся, ища своего брата Боба.

Лэнг был высокий и широкоплечий, темноволосый и с темными глазами, с крупным выразительным лицом. Брат казался полной его копией — только постарше и не такого массивного телосложения. Улыбаясь, Боб подошел к Лэнгу, крепко держа за руку шестилетнего мальчугана.

— Привет, — поздоровался Боб. — Надеюсь, тебе не пришлось ждать долго. Мне необходимо было захватить с собой Мики.

Светловолосый взъерошенный мальчуган улыбнулся. У него недоставало переднего зуба.

— Привет, дядя Лэнг. Ты много жуликов настрелял? — громко спросил он, заставив подозрительно нахмуриться сотрудника службы безопасности, разговаривавшего с женщиной возле справочного бюро.

— Давненько уже не приходилось стрелять, — ответил Лэнг.

Пожав брату руку, он поднял Мики и усадил его к себе на плечо.

— Как дела, приятель?

— Просто великолепно! Зубной врач сказал, что у меня вырастет новый зуб, а за старый Зубная Фея дала мне целый доллар!

— Между нами, эта Зубная Фея скоро вылетит в трубу, — негромко пожаловался Боб.

— Ты мне покажешь свой пистолет, дядя Лэнг, а? — настаивал Мики.

Сотрудник службы безопасности поднял брови и направился к ним. Лэнг готов был застонать вслух. Ему так часто приходилось сталкиваться с этим, что он, опустив Мики, распахнул пиджак, не дожидаясь просьбы.

Охранник склонил голову набок.

— Красивая рубашка, или вы демонстрируете мышцы?

— Я показываю вам, что у меня нет пистолета, — проворчал Лэнг.

— А, вот оно что. Нет, я не собирался искать пистолет. Вы — Лэнг Пэттон?

Лэнг удивленно заморгал.

— Да.

— Здесь никто, кроме вас, не подходит под данное описание, — смущенно добавил охранник. — Так вот, некая миссис Пэттон позвонила сюда и попросила передать вам просьбу заехать в магазин автозапчастей и купить новый карбюратор к «форду-мустангу» модели шестьдесят пятого года.

— Ни в коем случае! — разгневался Боб. — Я сказал ей, что эту развалюху не починить, но она не хочет и слышать, собирается доказать мне, что я не прав. Ну и упрямство! Решила втянуть в это тебя, — негодующе добавил он, обращаясь к Лэнгу, у которого рот растянулся в улыбке до ушей.

— Его жена — моя невестка — мастер по части автомобилей, — пояснил Лэнг охраннику. — Она способна починить все, что имеет колеса. Но ее муж, — Лэнг ткнул большим пальцем в Боба, — считает, что для дамы это непристойно.

— В каком веке он живет? — спросил охранник. — Моя, например, все время сама чинит нашу стиральную машину. Экономит этим целое состояние. Нет ничего лучше супруги, разбирающейся в домашней технике. Вы должны считать, что вам необыкновенно повезло, — добавил он, обращаясь к Бобу. — Вы знаете, сколько стоят услуги автомеханика?

— Да, знаю, я женат на автомеханике, к сожалению, — мрачно заявил Боб. — У нее собственная авторемонтная мастерская, и ей наплевать на то, что мне не нравится супруга, вечно перепачканная машинным маслом и пропахшая паленой резиной. А меня она превратила в няньку.

Лэнг понимал недовольство брата. Все детство они с Бобом были на вторых ролях, помогая матери.

— Ты ведь знаешь, Конни любит тебя, — сказал он, пытаясь успокоить Боба. — К тому же ты сам многого добился в жизни, ты просто потрясающий топограф, — заметил он, когда охранник ушел к пассажирке, у которой возникли какие-то трудности. — Когда-нибудь твое дело унаследует Мики. Правда, Мики? — спросил он племянника.

— Только не я. Я хочу пачкаться в масле, как моя мама!

Вскинув руки вверх, Боб направился к выходу, и Лэнгу с Мики пришлось поспешить следом за ним.

Семья Пэттон жила во Флоресвиле, недалеко от Сан-Антонио. Дорога вилась меж живописных обширных пастбищ и нефтяных вышек. Эта часть Техаса по-прежнему оставалась сельской, и Лэнгу вспомнились счастливые мгновения детства, когда они с Бобом гостили у дяди на ранчо и катались на лошадях вместе с ковбоями. Дома никогда не бывало настолько хорошо.

— Время летит так быстро, — заметил Лэнг.

— Так быстро, что не догонишь, — подхватил Боб, искоса взглянув на брата. — На днях я в городе встретил Кирри.

У Лэнга екнуло в груди. Он не ожидал услышать это имя, ибо в течение пяти лет изо всех сил старался забыть ее. Неожиданно нахлынувшие воспоминания резанули его: Кирри с длинными светлыми волосами, растрепанными ветром, в широко раскрытых зеленых глазах — искринки смеха и безграничная любовь… И другие воспоминания, не такие приятные. Кирри, рыдающая навзрыд и умоляющая непреклонного Лэнга выслушать ее. Слушать он ничего не желает — застав ее полураздетую наедине со своим лучшим другом, Лэнг в яростном ослеплении ревности подумал худшее. Понадобилось шесть месяцев на то, чтобы выяснить, что верный друг подставил Кирри, так как хотел получить ее сам.