Воздушные замки

– Гляди, вот это похоже на корону! – Иринка показала рукой на большое белое облако.

– Ага, а это на лошадь. – Сейчас же подхватил Павлик. – А вон, смотри – как будто башня замка!

– Где? – Девочка подвинулась ближе, и их головы соприкоснулись. – Я не вижу замка.

– Ну это не замок… Просто башня. – Пашкины уши запылали, а место, которым он касался Иринкиной головы, вдруг начало жечь и покалывать. Мальчик поднял руку перед собой и стал пальцем показывать:

– Во-о-он на то облако смотри – видишь? Вот окно, вот крыша…

– А-а-а, да… Ты пальцы убери, а то так ничего не видно – она схватила его за руку и положила на землю, но так и не отпустила.-А давай я буду принцессой, а ты будешь рыцарем на коне и в блестящих доспехах. Я буду сидеть в башне, а ты меня спасешь.

– Спасу? От кого? – удивился Павел.

– Ну я не зна-а-аю…– протянула Иринка. – От злого волшебника. Ну или от дракона.

– Драконов не бывает, это же все сказки. – забубнил он.

– Ну и что, пусть не бывает!.. – она засмеялась и легонько сжала его кисть своими маленькими пальчиками. – Просто представь – я принцесса, а ты мой рыцарь! Ты едешь на во-о-от этой лошади, спасать меня во-о-от от того дракона. А я сижу в его воздушном замке, во-о-он в той высокой башне, смотрю за вашей битвой из окна и машу тебе платочком. Видишь?

– Мм… Ну… Вижу. – Паша покраснел еще сильнее и нахмурился. – Только какой из меня рыцарь. Я простой раб божий. Я не могу никого убивать – это грех.

– А ты его не убивай! Ты его просто прогони! Ну, пожа-а-алуйста, мне так хочется, чтобы у меня был рыцарь, который всегда спасет, если попаду в беду. – Она сильнее сжала его руку.-Ты же не сможешь отказаться, если тебя просит прекрасная принцесса?

– Хорошо, если меня просит прекрасная принцесса – я буду рыцарем!

– И всегда меня спасешь?

– Всегда!

– От любой беды?

– От любой!

***

– «Пашка-промокашка! Пашка-чебурашка!» – Деревенские ребятишки сразу начинали кричать и тыкать пальцами, завидев идущего по улице Павлика. Но, мальчик давно уже к этому привык.

– Они же просто дети. Сами не ведают, что творят. – говорила ему мама. – Бог простил, и ты прости.

И Павлик прощал. Он всем всё прощал, иначе не мог – господь так велел.

Отца мальчик не помнил – его засыпало зерном на местном зернохранилище, когда Павлику было всего 3 года. Смерть мужа подкосила здоровье Татьяны, уложив в постель на многие месяцы. Все это время им помогала бабка Дуся – жена местного батюшки. Она приглядывала за маленьким Павликом и ухаживала за его больной мамой. Наверное, только благодаря ей их жизнь и поменялась – Татьяна решила не возвращаться на птицефабрику, Павлика крестили и мать с сыном стали жить по законам божьим. Вместе они помогали батюшке присматривать за деревенской церквушкой – мама убиралась, а Пашка был по хозяйственной части – копал огород, рубил дрова, и любую другую работу по дому, требующую мужских рук. Так они и жили в своем тихом мирке, на окраине деревни.

Единственным другом Павлика был пес Бабай – сидевший на цепи во дворе. Он был жутко злой и никого к себе не подпускал, только Павлика и его маму. Даже на бабку Дусю рычал, когда она приходила к ним в дом, но почему-то никогда на нее не лаял. С цепи его не спускали, наверное, боялись, что он может загрызть кого-нибудь из деревенских детишек, которые иногда приходили его подразнить. Поэтому Павлик просто любил сидеть, облокотившись спиной на собачью будку, обнимая Бабая и думать о том, как же странно устроил Господь этот мир.

Раньше, когда Павлик был совсем маленьким, дети часто его обижали. Они кидались яблоками, ставили подножки, толкали и громко смеялись, когда мальчик падал. А еще всячески его обзывали, придумывая разные обидные прозвища. Именно поэтому он перестал ходить в областную школу, и бабка Дуся учила его на дому. Только для деревенских детишек он так и остался изгоем.

Зато Павлик подружился с природой – настоящим миром божьим, и проводил почти все свободное время в лесу. С годами он выучил все тропинки и лужайки, знал самые грибные и ягодные места, умел различать птиц по пению и разбирался в следах зверей.

Вот только поделиться этим было не с кем и Пашка пересказывал всё псу Бабаю – как встретил молодого – пугливого лиса; что старую березу повалило ветром; а в кустах жимолости, на опушке леса – «ястребиные славки» свили маленькое гнездо. Бабай внимательно слушал, положив голову на его живот и изредка поднимая ухо, отвлекаясь на какой-нибудь посторонний шум.

***

– Па-а-авлик! Сынок!.. -Позвала через окно мама. – Ходь сюда.

– Чего такое, мам? – Пашка поставил тяпку к стене сарая.

– Я хочу пирогов испечь, да муки совсем мало. Сбе́гай, сынок, купи два кило. – Мать протянула деньги с авоськой. – А я твои любимые испеку – с творогом.

– Хорошо. Сейчас сбе́гаю, только умоюсь.

– Давай сынок, да смотри аккуратнее – деньги не потеряй. В карман лучше не клади – в руке неси.

– Ма-а-ам, мне уже четырнадцать, а не десять. – засопел Пашка.