Воздушная зачистка

Вступительное слово генерал-полковника запаса, героя Советского Союза Павлова Виталия Егоровича, прошедшего все ступени летной службы от правого летчика до командующего Армейской авиацией Сухопутных войск Вооруженных Сил Российской Федерации.

Признаться, читая эту книгу, я снова окунулся в то далекое и неспокойно время. Снова ощутил волнение и отголоски нервного напряжения, как правило, не покидавшее любого из участников боевых действий в составе ограниченного контингента советских войск в Афганистане.

Впрочем, не мудрено — над книгой потрудились два профессиональных авиатора, немало послуживших в армии и имеющих огромный опыт летной работы.

Константин Шипачев — «чистый» вертолетчик, прошедший путь от командира экипажа боевого вертолета Ми-24 до начальника штаба — первого заместителя начальника авиации Московского военного округа, неоднократно принимал участие в боевых действиях (в том числе и в Афганистане). Кандидат военных наук, издал более семидесяти научно-методических трудов в основном военно-теоретического характера, генерал-майор авиации. Сын кадрового военного — командующего авиацией 13-й общевойсковой Армии, который в семидесятые годы стоял у истоков создания нового рода войск — Армейской авиации.

Валерий Рощин служил в морской авиации, летал на корабельных вертолетах, а после увольнения по сокращению штатов продолжил летную карьеру в гражданском воздушном флоте.

Пребывание наших войск в Афганистане называют по-разному. И миротворческой миссией по поддержанию правопорядка в соседней стране. И выполнением обязательств подписанного еще в двадцатые годы прошлого столетия договора о взаимопомощи двух государств. В настоящее время проводится большая работа по изучению наших действий, по анализу политических, экономических и военных составляющих решений Советского руководства. И в то же время о непосредственных исполнителях написано очень мало.

Десять лет. Для истории этот срок незначителен. А для одного поколения — приличная часть сознательной жизни. Десятилетняя война — реальность, факт. Бремя для государства. Боль для народа. Горькая, невосполнимая утрата для близких, чьи сыновья, братья или отцы не вернулись домой.

Действия книги разворачиваются в боевом вертолетном полку, расквартированном на аэродроме Джелалабада. Я хорошо помню этот полк, помню нескольких его командиров, поочередно сменявших друг друга. Помню и вынужденную посадку капитана Шипачева, ставшую первой в серии благополучных посадок наших вертолетчиков после атак ракетами «Стингер».

В то время я не знал Константина — мы познакомились много позже, после вывода наших войск из Афганистана. Но сути это не меняет — его мужественный поступок стал достойным событием в истории боевого применения Армейской авиации. Своими грамотными и молниеносными действиями капитан Шипачев доказал, что даже после серьезного повреждения возможно спасти экипаж и машину.

Вертолеты вообще оказались чрезвычайно живучими, хотя это замечательное качество подчас зависело от случая, от удачи. К слову, однажды я вернулся на аэродром с двадцатью семью пробоинами в машине. Главное, чтобы при этом не были задеты жизненно важные узлы воздушного судна, но еще главнее — чтобы оставались живы пилоты. А так вертолет может быть изрешечен, как дуршлаг, может представлять собой одну большую дыру, но до аэродрома он все равно дотянет, не подведет.

Как-то в бою одной нашей машине полностью обрубило снарядом нос. Приборная доска — та, что занимает большую часть потолочной панели, оказалась у экипажа на коленях. Командир экипажа, сидящий в кабине слева, едва мог двигать педалями — так его придавило. Но, тем не менее, он сумел посадить вертолет на пару минут — с коленей убрали тяжеленную доску, навели в кабине кое-какой порядок. И продолжили полет. И, представьте, долетели до родной базы, хотя до нее было ой-ой как далеко. У пилотов ноги с педалями как бы висели в воздухе, над головами тоже зияла дыра, сквозь которую палило обжигающее солнце. А вертолет, тем не менее, дотянул до аэродрома. Разве это не удивительно!

Испытания героя этой книги вынужденной посадкой не ограничились. Главное и еще более сложное предстояло сделать позже — на следующий день…

Впрочем, не стоит раньше времени посвящать читателя в перипетии сюжета. Скажу коротко: об описанных в книге захватывающих событиях я был наслышан и раньше. И, тем не менее, с огромным удовольствием прочитал их полную версию, донесенную до нас одним из непосредственных участников.